Проблема была в том, что режим вывоза на выставку изделий предполагал ввоз их обратно в страну. Тут имелся целый ряд способов — от относительно честных до откровенно криминальных, но с выбором можно было не торопиться. Самым простым вариантом было «оставить» все для новой выставки, а там время подскажет, как действовать…

Ясно, что выполнить предстояло большой объем работ, но и цель того стоила, отказываться казалось неразумным.

Поэтому Родик, почти не раздумывая, приступил к обсуждению деталей и составлению плана действий. К обеду основные этапы работы прояснились. Контактировать с организационным комитетом выставки через кооператив было невозможно по причине отсутствия легальной валюты для оплаты площадей, оборудования, бронирования отеля, визовой поддержки и прочего. Требовался посредник. Юра уже успел предварительно оговорить все эти вопросы со всесоюзным объединением, расположенным в выставочном комплексе на Красной Пресне и являющимся государственной организацией, обладающей валютной выручкой, валютными счетами и другими необходимыми атрибутами. Оплаты этой организации предполагалось делать в рублях по курсу ноябрьского аукциона Внешэкономбанка плюс двадцать процентов. Это было, как выразился Юра, вполне гуманно. Родик согласился, хотя не мог оценить такое действие.

Другая проблема состояла в том, что кооператив находится в Душанбе, и соответственно таможенные процедуры надо проводить там. Везти изделия в Душанбе, затамаживать и возвращать в Москву — накладно. Родик решил, что проще открыть филиал кооператива в Москве. Благо, для этого по существующим порядкам достаточно принять правлением кооператива устав этого филиала и на этом основании открыть расчетный счет в банке. При этом душанбинский кооператив засвечивался в Москве, но вероятность каких-либо коррелляций с проводимыми для госпредприятий работами была ничтожной и в целом уже ничему не могла помешать.

Следующей задачей являлась подготовка огромного пакета документов, только перечень которых занял лист, исписанный мелким Юриным почерком. Кроме того, предстояло определить ассортимент изделий. Родик предложил играть более масштабно и дополнительно закупить у частников как ювелирку, так и различные изделия народных промыслов: хохлому, жостово, палех, гжель и, конечно, матрешки. Юра, будучи преданным своему делу, возражал, но Родик со свойственным ему упрямством заявил: «Все возможные убытки — за мой счет, а представлять на выставке эти вещи буду сам».

Ясно, что для реализации столь масштабного проекта требовалось создать дееспособную группу исполнителей. Подобная задача появилась впервые. Раньше почти все работы выполнялись без отрыва людей от основной деятельности, созданными под конкретный заказ временными трудовыми коллективами. Иногда нанимали сотрудников по совместительству. Постоянных же работников было всего три — бухгалтер, кассир и водитель. Теперь следовало набрать людей, способных решать организационные задачи, на постоянной основе и дать им соответствующие гарантии на длительный срок, преодолев неверие народа в светлое будущее кооперативного движения. Сложность состояла еще и в том, что безработицы фактически не существовало. Трудиться при социализме были обязаны все. Кто этого не делал — считался тунеядцем и подлежал наказанию. Поэтому найти достойных, не пенсионного возраста да еще и образованных людей, объяснить им перспективы и убедить уйти с насиженного места, да еще и в кооператив, было очень сложно. Единственный выход — использовать отставных военных, которые по возрасту и образованию вполне подходили Родику, но, будучи пенсионерами, не так сильно боялись попасть впросак.

— Юра, — сказал он, — я постараюсь решить кадровую проблему сам. Стану предлагать очень высокую зарплату — две тысячи рублей в месяц плюс пять процентов от прибыли по итогам полугодия. Давай считать, сколько на всю выставочную операцию потребуется денег. Я понимаю, это зависит от объема товаров, которые мы возьмем с собой, а объем зависит от непредсказуемой интенсивности продаж. Но все же, как ты считаешь, на какую сумму мы должны сделать закупку?

— Трудно сказать, — ответил Юра. — Принимать за основу московский опыт розничных продаж нельзя. Надо брать несколько коллекций целиком, стоимость одной коллекции — тысяч десять — пятнадцать рублей. Однако неизвестно, что там в моде. Можно пролететь. Поэтому есть смысл иметь коллекции с современным и классическим дизайном. Итого тысяч пятьдесят — шестьдесят без твоих любимых народных промыслов. А я еще подумал бы о галантерее и бижутерии.

— Иными словами, с командировочными и выставочными затратами нам нужно тысяч сто пятьдесят-двести, — подытожил Родик.

— Да, если не везти с собой дорогой эксклюзивной художественной ювелирки, — подтвердил Юра.

— С этим эксклюзивом всегда опасно связываться. Давай попробуем взять без оплаты на консигнацию, — предложил Родик.

— Сомневаюсь, что кто-то даст. Вот если под договор о возврате стоимости плюс пятьдесят процентов от будущей прибыли — то шансы есть.

— Хорошо, действуй, — завершая разговор, одобрил Родик. — Хотя что такое прибыль — никто не знает, но обещай. Давай каждый день в десять проводить у меня оперативку. Пока я в помощь тебе дам одну женщину из Таджикистана. Заочно ты с ней знаком. Это мой бухгалтер Окса. Она, вероятно, уже где-то в Москве. Сильно она тебе не поможет, но печатать бумаги, проводить платежи, открывать счета в банках умеет. Ну, а до нового года я, надеюсь, подберу нескольких сотрудников.

Родик после ухода Юры посмотрел на часы и с удивлением обнаружил, что уже три часа дня. Странно, почему Окса до сих пор не объявилась? Он слегка заволновался и решил позвонить своему другу— директору «Мострансагентства», в одной из гостиниц которого для Родика всегда была бронь и где Окса останавливалась в свой прошлый приезд. Оказалось, что в гостиницах Окса не появлялась. Волнение Родика, подкрепленное предостережением Абдужаллола, усилилось. Однако паниковать было еще рано, и он решил подождать. Пришла из школы дочка. Они вместе пообедали, и Родик — больше, чтобы отвлечься, — начал рассказывать ей про свое путешествие по горам Таджикистана.

— Давай в летние каникулы поедем в Таджикистан отдыхать? — предложил он.

— Ты опять в какую-нибудь командировку уедешь, — возразила Наташа, — и все сорвется, как в это лето.

— Этот год оказался очень тяжелым, малыш, — объяснил Родик. — А в прошлом ведь мы выбрались под Выборг. Тебе же понравилось? Только туда мы ехали на машине, а в Таджикистан полетим на самолете. Ты еще никогда не летала на самолете…

— Летала! Ты что, забыл? На юг!

— Ты тогда была совсем крошечная и, наверное, не помнишь. А здесь, если повезет и мой друг дядя Саша будет управлять самолетом, ты сможешь все увидеть из кабины пилотов. Ты даже не представляешь, как это красиво, особенно восход солнца. Я сейчас тебе покажу, как выглядят памирские горы. Принеси, пожалуйста, вон с той полки большой альбом…