— Это не совсем в моей компетенции, но коль уж меня назначили ответственным — постараюсь организовать.

— Лучше в течение ближайшего месяца. Спасибо, не буду больше вас отвлекать. До свиданья.

Следующие полчаса он посвятил разговору с Абдулло Рахимовичем. Родик сообщил о встрече в среду по поводу диссертации и, умышленно не касаясь вопроса о «Волгах», рассказал про терраблоковую технологию и ее перспективы, а потом поинтересовался, возможно ли получить государственный заказ на изготовление пресс-установок.

— Это очень интересно, Родион Иванович, — отозвался Абдулло Рахимович. — У нас в Кулябе тысячи лет делают такие кирпичи, и если их можно производить быстрее и качественнее, то это найдет широкое применение. В Душанбе есть комплексный отдел, который давно занимается земляным строительством. Я очень хорошо знаю их руководителя — он мой земляк. В ближайшие день-два я с ним свяжусь.

— Заранее благодарю. Как обстановка в городе?

— По моему мнению, все развивается правильно. Пришли новые люди с прогрессивным мышлением. Роль партии, слава аллаху, усилилась. А те мелкие негативные действия так называемых демократов, которые всех испугали, думаю, затихнут. Не слушайте паникеров — второй Ферганы или Карабаха мы не допустим. Во всем произошедшем главное — неудавшаяся попытка перераспределения государственно-партийной власти. Идет реализация ленинского принципа коренизации госаппарата. Все остальное — это внешняя шелуха, которая отпадет. Вам все это может принести только пользу. Пока традиционный баланс сохраняется, но, не скрою, есть силы, которые хотят его изменить. Вряд ли им это удастся. Скоро все стабилизируется.

— Вашими бы устами… Я не скажу, что запаниковал, но очень обеспокоен.

— Приезжайте и сами все увидите. Заодно наконец заедете ко мне в гости. Вся моя семья очень хочет с вами познакомиться. Да и вам будет полезно пообщаться. Встретим и примем вас как самого почетного гостя.

— Спасибо. В мае постараюсь прилететь. А вы в Москву не собираетесь?

— Пока очень много дел здесь, но кто знает… Может быть, в связи с диссертацией придется…

— Приезжайте. Я вам покажу много интересного. Да и, полагаю, по диссертационным делам вам посетить Москву просто необходимо — экзамен по специальности требуется сдавать здесь. Кстати, я звонил Петру Константиновичу и дал ему список вопросов, на которые нужно ответить в ближайший месяц. Думаю, ему нужна помощь.

— Хоп. Я его сегодня вызову, и мы обсудим…

Связь оборвалась, в трубке зазвучали короткие гудки. Родик решил не перезванивать.

Как пояснили в справочной «Аэрофлота», самолет из Душанбе еще не вылетел, и Родик продолжил телефонные упражнения. На этот раз он набрал номер Петра Николаевича. Тот искренне удивился:

— Родион Иванович! Не ожидал вашего звонка. Очень рад! Ну как, отошли от командировки?

— Уже давно в работе. Как поживают ваши бойцы: Надя, Сергей и Володя?

— Что с ними может быть? Как всегда, бездельничают.

— Ну, вы, наверное, преувеличиваете. Передавайте им привет. Я вообще-то по делу. Помните, на выставке показывали терраблоки для малоэтажного строительства? Я хочу начать выпуск прессов для их производства, и мне нужна научно-техническая поддержка в определении свойств грунто-блоков и применимости их в отечественном строительстве. Вам было бы интересно этим заняться? Ваш институт — головной, а я профинансирую и институт, и ваш коллектив.

— Я должен поговорить с начальством. Вообще-то Госстрой эту задачу ставит давно, но мы сопротивляемся. Я вам говорил: нас интересуют в основном проблемы городского многоэтажного строительства, но если вы будете платить, может быть, мы займемся. Перезвоню в конце недели, ладно?

— Отлично, только не тяните с этим вопросом. Я уже послал фирме «Терраблок» предложения и зарезервировал финансирование.

— Какую сумму вы предполагаете заплатить нам?

— Ну у вас и реакция! Обсудим, если ваше решение будет положительным.

— Мы мало не возьмем. Так что готовьтесь.

— Думаю, мы достигнем консенсуса, как выражается наш вождь. До свиданья.

— До свидания. Спасибо за звонок…

Родик обещал еще в пятницу по итогам разговора с Григорием Михайловичем позвонить Боре Центнеру, который тоже хотел так или иначе войти в совместное предприятие. Борю Родик нашел по его домашнему телефону.

— Привет, — отозвался он сонным голосом. — Ты дома?

— Да, — ответил Родик. — Я что, тебя разбудил?

— Вчера поздно лег, но ты прав — пора вставать. Слушай, я тебе минут через пятнадцать перезвоню.

— Ладно, но только имей в виду, что я скоро уеду в Домодедово. Мне надо человека встретить.

— Понял, — сказал Боря и повесил трубку.

На этот раз в справочной ответили, что сведений о рейсе не имеют. Родик в беспомощной злобе выругался. «Когда «Аэрофлот» начнет уважать пассажиров? Неужели нельзя, если уж летать не могут, хотя бы наладить информационную службу! Впрочем, это признак общего развала, скоро вообще ничего не будет. Надо запасти бензин и наделать тушенки, а то с голоду помрем», — совершенно серьезно подумал Родик и решил, что вечером обязательно озадачит жену консервированием мяса.