Войдя в кухню, она даже не стала зажигать свет. Глаза ее быстро привыкли к темноте, чуть разбавляемой бледным лунным светом, сочащимся сквозь прозрачную занавеску. Когда она открыла холодильник, темную камеру осветил яркий луч, и она с наслаждением почувствовала дуновение прохлады. Она глядела в холодильник, и соски ее напряглись под тонкой тканью майки.

Мелисса переступила с ноги на ногу, поджав аккуратные пальчики ног, которые сейчас, без обычного лилового лака, казались трогательно голыми на гладком деревянном полу. Она никак не могла решить, стоит ли ей что-нибудь съесть или выпить. Почему-то было важно решить этот вопрос. Но неожиданно она поняла, что уже все решено.

Да, все это было раньше, когда все ответы приходили легко и просто, когда в голове звучал этот уверенный голос...

Это было до того, как Слэйдер вернулся сюда.

— Может быть, дашь мне пива? Мелисса, вздрогнув, отпустила дверцу холодильника и обернулась на голос Слэйдера.

— Прости, я не хотел пугать тебя, — извинился он.

Он сидел, сгорбившись, за кухонным столом.

— Я не видела тебя в темноте, — сказала Мелисса.

Он думал о ней, когда она появилась, как сон наяву, и Слэйдер даже не сразу понял, действительно ли это она, или плод его воображения.

Мелисса повернулась к холодильнику и быстро выбрала себе квадратик сливочной помадки, присланной миссис Бодекер в благодарность за то, что Мелисса вместо нее провела урок в воскресной школе. Уже закрывая холодильник, она вспомнила про пиво и достала бутылку для Слэйдера.

— Не могла заснуть, — пояснила ему Мелисса, передавая пиво. Она смотрела, как он провел холодной бутылкой по разгоряченному лбу. Ей показалось, что Слэйдер не только хочет охладиться, но и старается снять боль.

— Да, ужасно жарко этой ночью... — сказал Слэйдер. Он произнес эти слова так, что они получили еще какой-то потаенный смысл. Наконец он поставил бутылку перед собой на стол и взглянул на Мелиссу, как бы чего-то ожидая.

Мелисса предложила ему помадку, но Слэйдер помотал головой, показывая, что он ждет отнюдь не помадки. Она отломила кусочек и прислонилась спиной к гладкой прохладной поверхности холодильника, скрестив руки. Она с наслаждением поглощала нежную сладость, причмокнув от удовольствия, когда ее язык нащупал самое вкусное — размельченные орешки, запрятанные в середине.

Она закрыла глаза, наслаждаясь нежным вкусом, прижавшись к холодильнику и откинув голову. Когда она проглотила помадку и открыла глаза, то увидела, что Слэйдер тоже сглотнул что-то, хотя нетронутая бутылка по-прежнему стояла перед ним на столе. Он не отрывал от нее глаз. Он чего-то ждал.

Она не отвела взгляда.

И он тоже.

Наконец молчание стало невыносимым.

— Ну, что? — спросила она.

Слэйдер улыбнулся. Он улыбнулся, не разжимая губ. Эхо была опасная, дерзкая улыбка. К тому же при свете луны было видно, как в его глазах горит огонек неподдельного мужского интереса.

— Я все думаю, — медленно произнес Слэйдер, — стоит ли мне попытать счастья.

— Ты и так это делаешь, находясь здесь, — ответила Мелисса, скрестив руки на груди и стараясь отделаться от волшебной притягательности, таящейся в его взгляде. Ну почему он так действует на нее? Она уже больше не ощущала прохлады холодильника. Только под скрещенными руками два твердых бугорочка говорили ей, как тянет ее к Слэйдеру. Она чувствовала, как горячее желание охватывает ее.

— Я имел в виду не это. То, что я здесь, не имеет ни малейшего отношения к Бью.

Мелисса с облегчением вздохнула.

— Я имел в виду тебя. Я хотел попросить тебя об одном одолжении. — Он опять улыбнулся, также не разжимая губ, и покатал бутылку с пивом по столу.

— Одолжении? — переспросила она. — Каком одолжении?

Теперь он широко улыбался ей своей озорной мальчишечьей улыбкой, явно поддразнивая.

— Пиво у меня совсем уже согрелось. Уж поскольку ты все равно стоишь, ты не передашь мне открывалку...

— Так ты об этом одолжении меня просил? — удивленно спросила она, быстро достав открывалку. Усаживаясь на стул, она протянула открывалку ему.

— А ты что думала?

Она не ответила на вопрос, глядя на его руки, на его колени, между которыми он зажал бутылку.

Он не сразу поднес бутылку к губам. Опять поставил ее на стол, снял пальцем струйку пены.

Мелисса подняла волосы с шеи, и, выпятив вперед нижнюю губу, сдула с лица прилипшие ко лбу прядки.

Такое кокетство заставило Слэйдера прищурить глаза, однако у него не хватило сил их закрыть, чтобы не видеть ее.

— А ты помнишь, когда мы были маленькими, и наверху было так же жарко, мы прибегали вниз и спали на полу около двери? — спросила Мелисса, нарушив напряженное молчание.

— Помню, — тихо ответил Слэйдер, однако интонация его свидетельствовала о том, что в данный момент он меньше всего думал об их детстве.

Мелисса доела помадку и торопливо облизнула пальцы, чувствуя, как эта тишина начинает действовать ей на нервы.

— Почему ты сказала неправду шерифу? — спросила Слэйдер, когда она уже потеряла бдительность.