Пресс только надеялся, что он бы смог создать для нее более счастливую жизнь. Но, возможно, она вполне довольна своей.

Когда же он сможет примириться с тем, что он далеко не всесилен? Что он не в состоянии решить проблемы ни с помощью лекарств, ни с помощью ласковой улыбки... и уж конечно, с помощью тех мыслей, которые не оставляли его в последнее время.

Он думал расстаться с Мэнди, но ей эта работа, казалось, была очень нужна. И кроме тех чувств, что он испытывал к ней, она была нужна и ему, давая возможность иногда отойти из аптеки. Возможно, если бы он изменил свой распорядок дня так, чтобы отсутствовать большую часть времени, когда Мэнди работает, то все бы уладилось?

Дверь аптеки звякнула, когда появился Слэйдер, пропуская вперед Мэнди.

— Дамы — вперед, — сказал он улыбаясь.

— Что-то ты поздно, — сказал Пресс.

Мэнди бросила взгляд на часы. Она не опоздала. Но она так привыкла, что ее вечно в чем-то обвиняют, что для нее это стало обычным делом.

— Знаю, — сказал Слэйдер. — Нужно было загнать на место корову. Она вылезла через поваленный забор. — Он покачал головой. — Представляешь, нашел старушку Бесси у самого шоссе. Она так паслась, как будто позировала для почтовой открытки.

Пресс засмеялся.

— Твоя старушка Бесси шустрая, как кошка. Однажды я чуть не сбил ее на перекрестке перед самым твоим домом. Я думал, у меня галлюцинации, когда посередине дороги увидел лежащую корову, медленно пережевывающую жвачку.

— Ну, пошли, я угощу тебя пивом не... — Слэйдер не успел договорить. Его фраза была прервана громким стуком двери.

В аптеку ворвался Джек Диллон. Не обращая внимания на мужчин, он направился к Мэнди, которая только что начала надувать шарики. Пресс хотел, чтобы цены на банановый десерт были помещены внутрь шариков — от одного цента до доллара.

— По-моему, я говорил тебе, чтобы ты покормила лошадей, прежде чем уйдешь, ты, женщина! — завопил он.

Слэйдер направился было к Джеку, но Пресс положил ладонь на его руку, задерживая его. Слэйдер с удивлением посмотрел на Пресса.

— Если ты вмешаешься, ей же потом сильнее достанется, — сказал Пресс, стараясь говорить потише. — Поверь мне, я бы с радостью поставил этого подонка на место, но платить за это придется Мэнди.

— Я видела твою записку, Джек. Но я не знала, как это делается. Ты мне ни разу не показывал, чем и как кормить лошадей и сколько корма им давать, — тихо ответила Мэнди.

— Я так и знал, что ты придумаешь какую-нибудь идиотскую отговорку. — Джек для пущего эффекта стукнул кулаком по стойке. Но в этом была его ошибка, поскольку мрамору больно от этого не стало, а ему стало. Разозленный Джек обогнул стойку и схватил Мэнди, сильно ущипнув ее за руку и таща ее за собой. — Сейчас мы пойдем домой, и я тебе покажу, что тебе надо делать. Тогда тебе не надо будет придумывать идиотских отговорок, чтобы оправдать свою лень.

— Но, Джек, мне же нужно работать, — сказала Мэнди, испытывая и стыд, и страх, боясь даже поднять глаза на Пресса и Слэйдера.

Этим она только подлила масла в огонь. Джек рассвирепел еще сильнее.

— Ты принадлежишь мне! И я тебе буду говорить, когда работать, а когда не работать! — Он потащил ее к двери.

— Мэнди, ты хочешь остаться?

Вопрос Пресса лишь на секунду задержал ее. Она покачала головой. Ей было так стыдно, что она боялась поднять голову. Она позволила Джеку вывести себя из аптеки.

Дерзкий взгляд, который Джек бросил на Пресса, предупредил его, чтобы тот не лез не в свое дело. Он бы никогда в жизни не осмелился так на него взглянуть, если бы не был близко от двери и не был уверен в полной покорности Мэнди.

— С каким удовольствием я бы превратил этого мерзавца в котлету, — сказал Пресс, с трудом сдерживая ярость. — Только это ничем не поможет Мэнди. Если бы она попросила меня о помощи! Она не может не хотеть уйти от него, а я должен смириться с мыслью, что этого может никогда и не случиться...

Слэйдер внимательно посмотрел на Пресса. Так вот оно что. Значит, именно Мэнди Диллон имел в виду Пресс, когда рассказывал, что полюбил одну девушку.

И он, и Пресс оказались в одинаковых ловушках.

Почему и Мелисса, и Мэнди жили с людьми, которые так скверно с ними обращаются? Он впервые подумал о том, что его положение, возможно, безнадежно. Ему захотелось выпить пива. Он мог бы выпить целый ящик пива...

— Я пойду куплю что-нибудь на обед и принесу сюда, поскольку теперь тебе нельзя оставлять свой пост, — предложил Слэйдер.

— Спасибо, очень признателен. Прости, что так получилось. Видимо, нам придется поехать покататься на мотоцикле как-нибудь в другой раз.

Слэйдер отмахнулся: