— Не волнуйся. — Руди привел Алекс к главному входу цюрихского банка «Гельвеция». Солнце проглядывало сквозь липы на Банхофштрассе. — Даже если в банке узнают, что ты мне помогаешь, — а они этого не узнают, — ты всегда можешь уволиться.

Алекс обернулась к Руди.

— Вероятно вам это покажется странным, но, знаете ли, мне нужно зарабатывать себе на жизнь.

— Однако теперь, когда нам известно имя владельца счета, ты можешь заработать больше денег, помогая мне.

— Но я не могу жить не работая. У меня нет картин по миллиону долларов. У меня долги…

— Сколько?

— Много.

— Много — это сколько?

— Вам это ни к чему.

— К чему, к чему.

— Вы удивитесь, но я должна больше ста тысяч долларов.

— Правда?

— Столько в Америке стоит учеба в университете. Поверьте.

— Невероятно.

— Невероятно, но это так. Иначе говоря, следующие пять лет (или около того) мне придется жить, как нищей.

— Но ты, должно быть, получаешь просто кучу денег, работая на компьютере в банке!

— Получаю, но почти все уходит на погашение моего кредита. — Алекс подошла к банкомату у входа в банк. — Хотите, что-то покажу?

Она всунула карточку в банкомат и прикрыла клавиши рукой, пока набирала пин-код. Запросила баланс счета и передала маленькое уведомление Руди.

— Информация для вас: вот столько мне удалось скопить с того времени, как я стала работать здесь, то есть с июня.

Руди внимательно прочитал текст.

— Здесь меньше тысячи долларов.

— Именно. Как видите, я не могу рисковать работой, помогая вам.

Алекс нажала на клавишу «Отмена» и вытащила карточку.

— Позволь теперь мне что-то показать. — Руди подошел к банкомату. — Мне посчастливилось тоже иметь счет в этом банке.

Руди вставил свою карточку, нажал несколько кнопок и внимательно разглядел справку, которую дала ему Алекс.

— Посмотрим, получится ли…

— Что вы делаете? — поинтересовалась Алекс.

— Подожди. Какой сейчас курс доллара?

Алекс взглянула в окошко справа от нее, где высвечивались курсы валют, и сообщила Руди курс до сотых долей цента.

— А что вы хотите узнать?

— Увидишь. — Он нажал еще несколько кнопок, потом вытащил карточку. — С этим ты будешь чувствовать себя увереннее, соглашаясь мне помогать.

— О чем вы?

Он отошел от банкомата.

— Проверь теперь свой баланс.

Алекс вставила карточку в банкомат, ввела пин-код, затем «Показать баланс на счете». Там лежало сто тысяч долларов в швейцарских франках.

— Что за… — Волнуясь, она заправила волосы за уши и наклонилась ближе, загораживая солнце, чтобы лучше был виден экран. — Зачем вы это сделали?

— Простой перевод в пределах одного банка. Я узнал номер твоего счета из справки и перевел немного денег со своего счета. — Он вернул справку Алекс. — Если оба счета открыты в одном банке, можно перевести со счета на счет почти любую сумму. И буквально мгновенно. Я иногда пользуюсь этим, когда оплачиваю счета. Это называется «внутрибанковский перевод». Единственное, что ты делаешь…

— Я знаю, как это делается. Не могу поверить, что у вас на счету так много наличности, что вы…

— Недавно я продал одну картину Эрика Фишля. [32] — Он улыбнулся. — И еще не решил, что делать с деньгами.

Руди спрятал свою карточку в бумажник и склонился над экраном, рядом с Алекс.

— Ну, теперь ты довольна, наконец?

— Руди, я не могу этого принять.

— Тогда считай это задатком.

— Все равно не могу.

— В таком случае постарайся посмотреть на дело так: я только что сделал первый взнос из тех денег, которые мы получим вдвоем, когда найдем семью Аладара Когана из Будапешта.

— А если мы не найдем Коганов?

— Тогда считай это страховкой. В том маловероятном случае, если тебе не повезет, деньги останутся у тебя.

— Вы шутите?

— Конечно, нет. — Он положил руку ей на плечо. — И не волнуйся. Я позабочусь, чтобы о тебе никто ничего не узнал. Обещаю. В конце концов, это в моих интересах. Ты нужна мне в банке так же, как и за его пределами. Ну что, заходим?