— Подожди! Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Мы сделали все, что нужно. Магда подписала форму «А». Теперь счет ее. Она написала доверенность на мое имя, так что я имею право давать распоряжения банку, чтобы тот позволил завершить все сделки Финакорпа. Все в порядке.

— Нет, не все.

— Да нет, все. Даже наши с вами счета пополнились той долей гонорара, который причитался вашему отцу. Мы оба богаты, у каждого по девять миллионов девятьсот двадцать пять тысяч долларов.

— Почему ты не отвечала на мои звонки? — спросил Руди. — Где ты была весь день? Я оставил для тебя в гостинице несколько сообщений, чтобы…

— Я же только что вам сказала: я искала Магду Коган, или теперь Магду Раймер. Собственно говоря, я сейчас с ней, и догадайтесь, что мы едим…

— Он звонил мне. — Голос Руди прозвучал зло.

— Ктовам звонил?

— Шмидт. Он старался изменить голос, но я знаю — это был он.

— И?

— Он угрожал мне. Сказал, чтобы я перевел…

— Дайте догадаюсь — двадцать один миллион триста тысяч долларов.

— Тебе тоже звонил? — спросил Руди взволнованно.

— Нет. Но совершенно очевидно, что произошло. Он узнал, что счет заблокирован. — Алекс поплотнее прижала трубку телефона. — Но это не имеет значения. Теперь, когда счет в руках Магды, инвестиционное распоряжение будет выполнено. Не нужно объяснять Финакорпу почему, но их операция будет проведена, как и планировалось. Все будет хорошо.

— Но Шмидт заявил, чтобы я перевел деньги немедленно, сегодня же. На счет брокерской фирмы в Нью-Йорке, она называется «Молли бразерс». Он даже назвал мне номер счета. — Руди быстро продиктовал номер.

— Никогда не поверю, что он дал вам номер счета своего клиента в США. Должно быть, он действительно запаниковал, узнав, что счет заблокирован.

— Не поверишь? А если он знает, что преступники могут его убить?

— Не волнуйтесь. Теперь, когда счетом владеет Магда, перевод денег будет осуществлен. Это займет два, от силы три дня. Об этом я уже позаботилась.

— Но он велел перевести деньги сегодня же. — Руди помолчал. — Иначе он не ручается за последствия.

— Руди, я же только что сказала вам, что обо всем позаботилась. Перевод денег со счета Магды состоится даже без ее участия. Она не потеряет деньги.

— Но я беспокоюсь.

— Доверьтесь мне. Все будет в порядке.

— Я сказал ему, что достану деньги, даже если придется продать еще несколько картин.

— Что-что вы сказали ему?

— Я попросил его не паниковать… обещал, что переведу…

— Вы с ума сошли?

— Если я продам своего Уорхола, будет достаточно… правда, это займет несколько недель…

— Вы что, ничего не понимаете? Своим обещанием перевести деньги вы признали, что в курсе происходящего. Что мы обав курсе.

— Я не знал, что ответить.

— Почему бы просто не промолчать?

— Не волнуйся, я достану деньги. Плевать, если даже придется продать все.

— Дело не в деньгах, Руди. Если бы вы подождали и промолчали, перевод денег был бы осуществлен автоматически. Мы бы делали вид, что и понятия не имеем…

— А откуда мне было знать, что ты нашла Магду?

— Значит, это я виновата?

— Почему ты не позвонила раньше? — не унимался Руди. — Если бы я знал, что счет попал в руки Магды…

— Я нашла ее всего два часа назад. — Алекс посмотрела на Магду, которая по-прежнему стояла в бассейне. Она кормила печеньем маленькую стайку воробьев, усевшихся на краю фонтана. — Я сразу же повела ее в нью-йоркский филиал банка «Гельвеция», чтобы подписать бумаги, и она сделала все, о чем я ее просила. Даже выписала мне доверенность на управление счетом, пока она жива. Даже выплатила нам наш гонорар.

— Тогда давай возьмем эти деньги и заплатим!

— Вы с ума сошли?

— Если ты дашь десять и я десять — остальное, уверен, как-то наскребу.

— О чем вы говорите?

— Если ты пойдешь в нью-йоркский филиал банка «Гельвеция» и переведешь деньги сегодня… мне уже поздно переводить свои, но я сделаю это первым же делом завтра с утра. Тогда мы…

— Я ничего никому переводить не буду. Нет причины для паники.

— Алекс, речь идет о международных преступниках. Ты и представить себе не можешь, на что они способны…