— Случай действительно досадный. — Павлов нахмурил брови. — Да и разбирались вы с ним как-то странно. Сперва вроде похвалили солдата за помощь товарищу в беде, потом отбой заиграли.

— Верно, было такое. — Мельников вздохнул огорченно. — Но Нечаев, молодец, быстро во всем разобрался.

— А вообще, событий за это время, прямо скажу, многовато. — Павлов загадочно посмотрел на Мельникова. — Вы еще не знаете, Сергей Иванович, что мы чуть было с вами не распрощались.

— Как это? — опешил Мельников.

— А так! Министерство обороны забрать вас хотело в научное управление. Там давно к вам прицеливаются. Место, конечно, заманчивое. Но мы-то вас лучше знаем. Войска вам нужны, большая оперативная служба и простор тактический. Верно?

— Верно, Кирилл Макарович. Спасибо.

Подполковник Авдеев встретил гостей у въездной арки, как только машина перемахнула через железный мост и поднялась на взгорок. Он доложил, что подразделения полка занимаются боевой подготовкой по расписанию и что никаких происшествий в течение суток в полку не произошло.

— Здравствуйте, товарищ подполковник, — сказал Павлов. Он был почти на голову выше Авдеева и, чтобы пожать ему руку, слегка наклонился, не теряя строгой выправки. — Вы уже, надо полагать, освоились в этих местах?

— Почти. И боевое крещение в здешних условиях, можно считать, получил.

— Знаю, слышал. А как с дивизионным начальством сработались?

Авдеев смущенно посмотрел на комдива. Тот быстро выручил:

— Бывает всякое, Кирилл Макарович. Но подполковник Авдеев не из таких, чтобы держаться в обороне. Во всяком случае, за свои тактические замыслы он воюет.

— И правильно делает, — заметил Павлов и добавил полушутливо: — Иначе разве тут у вас в люди выбьешься? Так что давайте, Иван Егорович, действуйте смелей. У вас претензии какие-нибудь к штабу округа есть?

— Претензий нет, товарищ генерал-полковник. Есть просьба. Посмотрите нас, — сказал Авдеев.

— Смелая просьба. Придется откликнуться.

Авдеев повез комдива и замкомандующего на полигон, где прапорщик Шаповалов обучал свой взвод борьбе с танками. К моменту появления начальства солдаты заняли уже свои места в щелях и приготовились к бою. А в ближней лощине за каменными глыбами стояли в ожидании сигнала танки. Все это было так старательно замаскировано, что Павлову пришлось воспользоваться биноклем, чтобы увидеть и солдат-охотников, и приготовившиеся к атаке машины.

— А ну-ка, ну-ка, отличитесь. — Павлов с интересом поглядел на Авдеева. — Что касается маскировки, замечаний у меня нет. Молодцы!

Над полигоном вспыхнула и описала крутую дугу красная ракета. В ту же минуту из лощины выползли два приземистых, с округлыми зелеными башнями танка. Обходя камни-валуны и быстро набирая скорость, танки устремились к переднему краю обороны шаповаловского взвода. Чтобы усилить психологическое воздействие на обороняющихся, танкисты открыли орудийный и пулеметный огонь холостыми выстрелами. Танки то скрывались из виду, то появлялись снова.

— Внушительная работа, ничего не скажешь, — заметил замкомандующего.

Достигнув щелей, танки, задрав носы, сильно качнулись на выпуклых брустверах, потом, как бы сдерживая качку, сбавили ход и вдруг опять стали набирать скорость. Но в этот же момент из щелей полетели им вдогонку гранаты. В цель попали три. Две угодили в башню, одна — в бак с горючим.

— Это кто ж такой ловкий? — спросил Павлов.

Авдеев взял у дежурного микрофон, стал выяснять. Ему тут же ответили:

— В бак с горючим попала граната ефрейтора Бахтина. Он же второй гранатой поразил башню.

— Какой Бахтин? Не тот ли, который на учениях из окопа ушел? — спросил Павлов и приказал: — Ну что ж, давайте его сюда, на вышку: посмотрим, каков он, герой-охотник.

Пришел раскрасневшийся, взбудораженный Бахтин, торопливо представился замкомандующему.

— Молодец вы, товарищ ефрейтор, — сказал Павлов. — Мы так вот первых охотников за фашистскими «тиграми» обучали во время войны. Прямо скажу — нелегкая была наука. И не каждому сразу давалась. Зато потом такие охотники у нас появились, что «тигры» стали бояться их. Ну а как ваша танкобоязнь, прошла, надо полагать?

— Если по правде сказать, не прошла еще, товарищ генерал. Все время на спине гусеницы танковые чувствую. Верно, не так, как вначале, но чувствую.

— Пройдет обязательно, я вижу по вашей работе, — с уверенностью сказал Павлов. — А за сегодняшние умелые действия по борьбе с танками объявляю вам, Бахтин, благодарность.

Бахтин вытянулся и четко отрапортовал:

— Служу Советскому Союзу!

С полигона замкомандующего вместе с офицерами отправился на стрельбище, чтобы посмотреть действия экипажей бронетранспортеров. По дороге Авдеев коротко объяснил: