Бой в ограниченном пространстве — особое искусство, а уж когда на ста квадратных метрах дерутся несколько десятков человек, становится важным каждое движение, поскольку от быстроты и отточенности этого движения зависит жизнь. Права на ошибку в такой драке нет ни у кого.

Лучше к такой схватке оказались подготовлены морпехи Бойкова. Они довольно быстро загнали бойцов Апостола в угол и уложили почти всех на пол. Кого навечно, а кого просто отдохнуть и подумать над своим поведением. В результате большая часть комнаты освободилась, и всем стал хорошо виден виновник всего этого «торжества» — Апостол, бывший полковник Барьерной армии, а ныне лидер группировки «Судный день». Во время схватки Апостол почти не сдвинулся с места, оберегая, как зеницу ока, заветный ящик с фугасом внутри. Почему-то сложилось так, что на Апостола никто из морпехов не напал и даже к нему не приблизился. Но теперь эту оплошность решил исправить лейтенант Сухов. Он в три прыжка пересёк комнату и бросился на Апостола, выставив перед собой «Шторм».

Враг отреагировал быстро, но как-то небрежно. Он взмахнул рукой и запустил в Сухова очередным «файрболом». Третья попытка Апостола увенчалась успехом. Правда, опять не решила проблемы. Шаровая молния попала в импульсник, с треском взорвалась и выбила «Шторм» у Сухова из рук. Часть энергии заряда перепала и самому лейтенанту, но из строя его не вывела. Сухов дёрнулся, словно ужаленный, но устоял на ногах и продолжил движение к Апостолу.

Лидер «СД» сжал кулак, явно собираясь сформировать новую «шаровуху», однако Павел находился уже слишком близко и не позволил врагу в четвёртый раз испытать судьбу. Сухов нанёс Апостолу серию быстрых, коротких, но качественных ударов, а затем выдернул из рукава финку и полоснул Апостола по горлу. Точнее — попытался полоснуть.

Апостол успел отклониться, выбил нож и ответил Сухову не менее точной и красивой «тройкой»: кулаками и ногой в корпус.

Сухов заблокировал все три удара и провёл новую серию, казалось, вдвое быстрее первой.

Апостол ушел от половины ударов, а другую половину парировал. И вновь провёл ответную комбинацию. И тоже гораздо быстрее, чем «тройку».

Третья атака Сухова состояла из пяти или шести ударов, которые для зрителей почти слились в один, настолько быстро начал двигаться лейтенант.

Апостол наконец пропустил какой-то из ударов, но это его не обескуражило, а даже, наоборот, завело ещё больше. Его третий ответ также вышел молниеносным и более успешным, чем первый и второй. Сухову досталось по корпусу и в голову.

После этого схватка вышла на какой-то запредельный уровень. Удары, комбинации, перемещения — всё слилось в бешеный по темпу, но безумно красивый танец. У наблюдателей, с обеих сторон, буквально отвисли челюсти, а по спинам побежали мурашки.

Нечто вроде паузы в схватке наступило только после того, как Апостол сумел провести подсечку и Сухов рухнул на спину. Воспользовавшись моментом, враг выстрелил в упавшего лейтенанта тонким, как стилет, разрядом, но Сухов сумел увернуться, прыжком поднялся на ноги и снова навязал Апостолу кулачный бой.

Вторая пауза возникла «по инициативе» Сухова. Он умудрился крутануться вокруг своей оси и врезать Апостолу ногой в район солнечного сплетения. Удар, если точно попасть, нокаутирующий, не помогут и доспехи, и Апостол вроде бы свалился, но не сдался. И навыки бойца-энергика Сухов из него тоже не выбил.

Даже не пытаясь подняться, Апостол вскинул руки и направил в сторону Сухова сразу две ветвистые сине-белые молнии. Ударом молний Павла отбросило далеко назад, левую половину лица Сухова прорезал глубокий дымящийся шрам, а доспехи на правом боку потемнели и прорвались. Но Павел нашёл в себе силы подняться на ноги одновременно с Апостолом.

Между противниками вновь образовалась дистанция, но теперь в атаку ринулись оба, а не только Сухов. Апостол зарычал, как разъярённый хищник, а Сухов просто заорал и бросился на врага.

Они столкнулись с грохотом, который не снился и тяжёлым роботам-андроидам. Зрителям почудилось, что они видят, как мнутся и лопаются прочнейшие пластины боевых костюмов, что они слышат сквозь скрежет сминаемого металла хруст костей, и что они буквально кожей ощущают, какое безумное количество энергии выплеснулось в окружающее пространство в момент столкновения.

Разбег у противников получился примерно одинаковый, скорость они набрали тоже равную, да и вес у них оказался примерно равным. Но всё-таки на какие-то сантиметры вперёд продвинулся именно Сухов. Будто бы ощутив, что имеет мизерное преимущество, Павел снова заорал и нанес Апостолу двойной удар открытыми ладонями в грудь. Враг отшатнулся и сдал назад ещё на шаг. Сухов добавил коленом, ударил левой рукой, теперь сжатой в кулак, добавил правой, и когда дистанция стала достаточной, повторил свой удар ногой с разворота. Но теперь не по корпусу, а в челюсть.

Апостол подлетел почти на метр вверх и рухнул спиной и затылком прямо на свой заветный ящик с фугасом. Звон разбитой керамики не сумел заглушить противного хруста пополам с чавканьем. Из затылка Апостола, заливая обломки ящика и фугас, обильно потекла тёмная кровь. Тело лидера «Судного дня» задёргалось в конвульсиях, но каким-то непостижимым образом он сумел сползти с груды обломков и приложить руку к экранчику автономной программирующей системы фугаса.

— Сдохни, — шепнул Апостол, шаря по сторонам невидящим взглядом. — Все подыхайте! Я победил!