— Что?! — хором выдохнули Костов и Ева.

— Если она только не ушла в монастырь. Все! Баста! За тобой закрываются двери, и ты попадаешь в другой мир, в другую цивилизацию. Здесь нет любовных интриг, сплетен, никого не интересует твое грешное прошлое и красивое лицо. Ты меняешь имя и все дни проводишь в работе и молитвах. О тебе постепенно забывает людская молва.

Все слушатели верили каждому слову Леонида Ивановича, словно он сам лично отвозил Розу в монастырь. Ольга Кутепова, сидевшая неподвижно все это время, прокашлялась и спросила:

— Не удалось этот факт как-то засвидетельствовать письменно?

— Это оказалось самой сложной частью моего расследования. В Болгарии огромное число монастырей, уже закрывшихся и ныне действующих. Люди там очень неохотно идут на контакт. Книги, какие-то записи, ведомости утеряны. Проверить факт нахождения Розы в одном из монастырей стало просто невыполнимой задачей, но у меня остался на заметке один древний монастырь, расположенный в скале в трех километрах от этого поместья. Попасть я туда не могу, а между тем старики из ближайшей деревушки говорили мне, что туда часто обращались опозоренные девушки.

— Это подходит нашей Розе, — согласился Иван Костов.

— Да уж куда позорнее, грех во грехе! До свадьбы начала жить, да еще с родным братом! От такого не только в монастырь… — горячо воскликнула Ева.

— Монастырь действующий… у меня есть даже разрешение посетить его, и все равно не пускают… — сокрушенно развел руками Леонид Иванович.

— Ну, это мы как-нибудь уладим! — поднял руку Иван Костов, которого до глубины души потрясла эта история, и он дал понять, что все берет под свой контроль.

— А клад? — звонкий голосок Ольги прозвенел колокольчиком в сводах просторной залы.

— Я предполагаю, что какую-то часть богатства Венета сберегла для себя на черный день. Кроме того, одним из ее последних любовников, навещавших ее в Швейцарии, был очень богатый и щедрый турок. У себя на родине он владел крупной ювелирной фабрикой и, не скупясь, одаривал своих возлюбленных дорогими украшениями из драгоценных камней. Думаю, что турок нашел подход к такой избалованной особе, как королева. Встречалась она с ним в свои последние годы, когда уже не могла и не хотела столько тратить.

Леонид Иванович обвел всех присутствующих взглядом:

— В общем, это все, что успел выяснить за последнее время, а узнать о судьбе Розы поможет монастырь в скале.

— Все это будет завтра! Сегодня я предлагаю разместиться в моем доме и отдохнуть, — взяла на себя роль хозяйки Ольга. — На следующий день у нас намечается обширная программа.

— Завтра мы отправляемся в то болгарское селение, рядом с которым расположен интересующий нас монастырь, — пояснил Иван Костов. — Мы все вместе остановимся в деревне, и там нас очень хорошо примут, это я вам обещаю! А в женский монастырь смогут пойти только женщины, даже представителей власти мужского пола туда не пустят.

Ева переглянулась с Ольгой.

— Значит, сможем пойти только мы?

— Вы против?

— Конечно, нет, — ответила Ева, — только пойму ли я там хоть что-то? Я не знаю языков, тем более древний болгарский, на котором, возможно, написаны монастырские книги… — растерялась Ева.

— Ева, не забывай, Ольга пойдет с тобой, она знает болгарский язык. В любом случае, или вы идете, или никто, — развел руками Леонид Иванович.

— Я согласна, — ответила Ева.

После захватывающего рассказа ученого гости с хозяйкой дома прошли в столовую, где их ждал вкусный сытный обед.

— Я приготовила для вас комнаты, — сказала Оля.

Еве с Дмитрием досталась большая комната с видом на ботанический сад и двумя кроватями под балдахином из парчи. Оля заглянула к ним в комнату, предварительно постучав:

— Дима, могу я с тобой поговорить?

— Да, конечно. — Он вышел из комнаты и спустился в пустой холл вслед за девушкой, одетой в шелковый халат цвета морской волны.

— У меня настали тяжелые времена, — проговорила Ольга, глядя в темный проем окна.

— Я очень сочувствую тебе, в голове не укладывается такое несчастье…

— Когда мы нашли труп Глеба, это оказалось только началом…

— Оля, если тебе что-то надо, можешь рассчитывать на меня, — положил ей руку на плечо Дмитрий.

— Останься со мной… — тихо попросила она.

— Что?

— Останься со мной. Все это время я вспоминала о нашем единственном свидании, которое так неудачно закончилось. Очень рада тебя видеть и хочу сказать, то есть пожаловаться, что мне страшно одиноко в большом, таком пустом доме.

Дима убрал руку.

— Оля, понимаешь. Я не могу. Предлагаю тебе помощь друга…