— Ишь, шустрый какой, — криво усмехнулась Татьяна Коршунова. — Я и сама не знаю, что это за отрава такая. Это вы моего муженька спросите. Думаете, я польстилась на статус профессорской жены и вышла замуж за этого старого козла с превеликой радостью? Да я могла бы устроиться в этой жизни во сто раз лучше! Лев задурил мою голову рассказами о том, что сможет вылечить меня, и я, дура, поверила ему.

— Вылечить? От чего? — живо поинтересовался Иванов.

— От СПИДа! Не притворяйтесь, что ничего не знаете, уж навели, наверное, справки! — грубо ответила Татьяна и насмешливо обвела всех присутствующих взглядом голубых глаз: — Я уже много лет ВИЧ-инфицирована. Лев Леонидович пообещал избавить меня от этой заразы. Я поверила ему, так как поняла, что профессор ненормален в своем отношении к микробам и вирусам. Он относился к ним как к личным врагам. Лев постоянно брал у меня зараженную кровь и ставил эксперименты и опыты, но не получалось… ничего не получалось… Тьфу! Вместо того чтобы вирусы покинули клетки крови, у него клетки крови покидали ткани… Я долго ждала, надеялась на положительный результат! Терпела старого маразматика рядом с собой, подчиняясь его странностям и прихотям! Постепенно теряла надежду и озлоблялась на свою обреченность, на не оправдавшего моих чаяний мужа и на весь мир! Совершенно случайно я обнаружила, что изобретенная моим мужем «бурда» оказывает выраженное снотворное действие. Почти в тот же период времени узнала, что в Швейцарии какой-то ученый почти приблизился к изобретению лекарства, которое должно спасти мне жизнь! Он искал добровольцев для проверки лечебного действия своего изобретения, собираясь получить на него патент. Его эксперименты были очень дорогостоящими, и я поняла, что или помогу себе, или мне никто не поможет. Понадобились деньги, и это стало основной целью, мотивом всех моих действий. Еще мне был нужен сообщник. Я прекрасно понимала, что только такой же обреченный человек, как я, пойдет на все, в том числе и на криминал. Как мы нашли друг друга? Очень просто, через Интернет-клуб я познакомилась с девушкой с такими же взглядами на жизнь, как и у меня, и встретилась с ней. Она не хотела ходить по церквям, замаливая грехи, не хотела ждать, когда хоть что-то изобретут для таких больных, как мы, а стремилась действовать! Меня приятно удивило то, что девушка оказалась студенткой нашего медицинского института. Мы подружились и разработали план действий. Что могли придумать хрупкие девушки? Заработать серьезные деньги можно было, только встав на скользкую дорожку, я повторюсь. Да, вы правильно догадались, что мы знакомились с состоятельными людьми, подсыпали им этот препарат и исчезали с деньгами. Мы пользовались париками, гримом…

— Вы проявили недюжинный актерский талант! Не лучше ли было усыплять свои жертвы проверенными средствами? — спросил следователь, записывая что-то у себя в блокноте.

— Вы имеете в виду клофелин? Стать простыми клофелинщицами, чтобы нас быстренько поймали? В том-то и фишка, что используемое нами вещество невозможно обнаружить! Ведь это продукт бредовой головы моего «козленка», который еще до сих пор не указан ни в одном справочнике, поэтому нас так трудно было вычислить. Все получалось очень красиво и физиологично, люди будто бы сами засыпали, а мы с Кристиной тут были ни при чем. Мужчины и женщины не заявляли в милицию, потому что изменяли в гостинице своим женам и мужьям, и, наоборот, старались замять пропажу денег и драгоценностей.

— Неужели вам легче было убивать людей, чем усыплять?

— Смертельный эффект не всегда проявлялся, в основном только в последнее время. Может быть, вышел срок годности или мы неправильно хранили вещество. Раньше мы даже не догадывались, что человек умер, думали, что он заснул… Потом из каких-то криминальных сводок узнавали, что клиент скончался, — Татьяна пожала плечами. — Так или иначе, поначалу все смерти принимались за несчастные случаи, и это было нам на руку.

— То, что вещество стало действовать со смертельным исходом, не остановило вашей деятельности, — строго заметил следователь.

— Что нас могло остановить, если наши собственные жизни висят на волоске?! Мы видели цель и стремились к ней изо всех сил. Заметьте, время работало против нас с Кристиной! — Татьяна нервно поправила прическу и попросила разрешения закурить.

— Зачем вы отравили Глеба, подсунули ему все ваши награбленные драгоценности? У него же нечего было брать, он и так сидел альфонсом на шее Кристины, вернее, ее дяди, — поинтересовался Дмитрий, который вместе с Евой принял непростое решение отдать все добро, принесенное им Светланой — матерью Глеба.

— Не такой уж он и осел, ваш Глеб. Мы с Кристиной, шатаясь по дорогим ночным клубам, невольно обращали внимание на баснословно дорогие нити брильянтов и золота, щедро украшающие шеи и уши светских львиц. Похитить такие украшения было бы большой удачей, так как это сразу принесло бы большие деньги. Тогда мы с Кристиной всерьез задумались о том, чтобы привлечь в наш бизнес мужчину, чтобы он кружил головы дамам с дорогими сережками. Тут Кристина вспомнила о своем тренере из дорогого фитнес-центра, занятия в котором ей оплачивал ее дядя. Тренер оказался глуп, но амбициозен. Мечта его заключалась в том, чтобы стать стриптизером в ночном клубе для женщин, чтобы великовозрастные дамы, подогретые высокоградусными напитками, запихивали ему в трусы шуршащие купюры. Глеб мне сразу приглянулся, так как тоже любил деньги, все в жизни мерил именно на них и ради них был готов на все. К тому же он патологически любил свое тело и завлекал женщин своими бицепсами, что нам с Кристиной вполне подходило. В конечном итоге… — Татьяна глубоко затянулась сигаретным дымом и добавила: — Глеб согласился за тридцать процентов от навара кружить головы дамам и подсыпать им в бокалы с шампанским или мартини смертельный порошок.

— Все-таки не зря я его не выносил, — произнес Дима.

В комнату заглянул Евгений Ильич.

— И вы здесь? — усмехнулась Таня. — Мой несостоявшийся любовник… видимо, исполняющий обязанности дежурного врача. Почему мне так не везет? Ты пил столько лет и бросил это дело именно тогда, когда я принесла тебе отравленную водку.

— Извините, Татьяна, так получилось… — пробубнил Евгений Ильич.

— Мало того, именно Постников доказал факт убийства от неизвестного вещества, — довольно добавил следователь.

Татьяна недовольно фыркнула.

— Его бы энергию да в мирных целях… Насколько мне известно, его дочка может умереть с минуты на минуту. Наверное, он поймет, что чувствуем мы с Кристиной изо дня в день?

— Моя дочка уже прооперирована благодаря Диме, и опасность уже миновала, — ответил Евгений Ильич.

— О, я оказалась права, ваши денежки уже начали разбазариваться на благотворительность?! — присвистнула Таня.

— Вы отвлеклись, гражданка Коршунова. Зачем вы избавились от своего сообщника, Глеба Лютикова, — отравив его? — вернул ее к даче показаний Иванов.

— Это наши разборки! Паренек зарвался. Он случайно узнал, что мы с Кристиной не обо всех планах и заработках ставим его в известность. Как он разошелся! Кричал, что так же, как и мы, участвует в преступлениях, а женщин обольстил предостаточно! Кричал, что не знал, как люди в последнее время умирали от порошка. Короче говоря, свой гонорар он решил потратить на адвоката, а что? Глеб мог себе позволить такое, его жизнь не висела на волоске, у него был шанс выйти из тюрьмы и еще пожить в свое удовольствие. Конечно, мы с Кристиной понимали, что это все пустой разговор и ни в какую милицию он не пойдет, но это стало первой ласточкой. Живя на чужбине, мы решили избавиться от него, чтобы не возникали вопросы у нашей милиции, не слишком ли часто россияне давятся пищей?