– За меня не беспокойся, – улыбнулся эльф. – Я сумею… не спрашивай как.

– Не буду, – усмехнулся Илем, – потому что догадываюсь, что ты обвешан магическими амулетами, как шлюха стеклянными бусами. Вторая примета – моя рука. То есть ее отсутствие. Франк, способен ты сыграть роль папаши, обремененного двумя девицами на выданье? Причем одна хорошенькая, а вторая так себе… это я о тебе, кукла. Достань для нас платья и плащи пококетливее, еще хорошо бы косметику, и ни меня, ни ее даже родные не узнают. Диль вообще неприметный…

– Диль не пойдет один, – отрезал Франк. Диль улыбнулся.

– За нами следят те, кто знает о миссии? – Франк кивнул, и Диль продолжил: – Значит, знают, что есть бродяга… но знают ли, что он акробат? В городе ярмарка, много народу, много бродячих артистов. Так почему мы с Ори не можем ими быть?

– А заставят показать мастерство? К тому же в разгар ярмарки артисты не уходят.

– Я и покажу, – удивился Диль, – только трико бы надо достать, мое совсем никуда не годно. А Ори не сможет. Он руку сломал, потому мы и уходим.

– Погоди, – удивился Франк, – разве орки бывают акробатами?

– Редко, – признал Диль, – чаще силачами. Знаете, цепи рвут, подковы разгибают, гирями жонглируют. Но орк может быть нижним…

– Чего это? – заворчал Ори.

– Ты видел акробатов в цирке? Когда они в паре? Нижний всегда сильный, верхний всегда легкий. Ты ведь легко сможешь поднять меня на одной руке, верно? И у нижних нередко бывают травмы… особенно если верхний неловок. Вот и мы можем быть такими неудачниками.

– Да, – одобрительно произнес Илем, – роль неудачника тебе особенно удается. Отличная идея, Франк. Осталось придумать, куда девать его топор.

– Я вывезу, – сказал Кай. – А свои метательные ножи Диль может и на виду держать, ведь есть же такой аттракцион, верно?

– Еще бы надо какой-нибудь набор для жонглирования…. мячи, кольца… И мы будем парой универсалов.

– И заподозрят в вас парочку любовников, – хмыкнул Илем. – Сумеешь сыграть, Ори? Пара нежных взглядов, трогательные прикосновения…

Началось, подумал Диль. Рано или поздно вспыльчивый орк выйдет из себя и ненароком его пристукнет. Лучше бы ему не руку отрубили, а язык отрезали. Ори побагровел. Диль торопливо сказал:

– Это неплохая идея. И не так уж редко бывает. Ори, это только игра. Илему и в голову не приходило, что ты можешь быть мужеложцем. Мы сыграем цирковых, а ему придется играть капризную дочку купца, засидевшуюся в девках… уж прости, но на шестнадцатилетнюю ты не тянешь.

Вор засмеялся. Несколько неестественно.

– Может сработать, – протянул Франк. – Я куплю все необходимое, а вам сидеть здесь и не высовывать даже кончика носа. Я понимаю, здесь неуютно…

– Я в выгребной яме однажды почти сутки отсиживался, – хмыкнул Илем. – Вот там действительно было неуютно.

Однако, когда ушел Франк, они почувствовали себя очень… неуютно. Дилю даже показалось, что стало холоднее. Неужели не только он так полагается на проводника, что в его отсутствие чувствует себя совершенно беспомощным? Лири забилась в угол и не обращала внимания ни на сочувственные взгляды Ори, ни на язвительные улыбочки Илема, хорошо еще хоть вор помалкивал, видно, поверил в красочные обещания орка оторвать все, за что удастся зацепиться.

Через несколько долгих часов Лири спросила всех сразу и никого:

– Почему вы не сказали мне раньше?

– Франк не велел, – простодушно признался Ори. – Ты… это… я, знаешь… ну…

– Мы все такие, – внезапно сказал Кай. – Я думаю, вы должны знать и обо мне.

– Не нужно, если невмоготу, – пожал плечами Илем. – Значит, и ты виноват в чьей-то смерти. Мне достаточно.

– Я думаю, вы должны знать, – повторил Кай.

Диль снова невольно залюбовался его совершенной красотой. Даже, пожалуй, неестественной. Кай больше был похож на иллюстрацию к книге сказаний, чем на живого.

– Меня зовут Ракайен Тиэррел. Точнее Ра Кайен. Или Кайен из дома Ра. Это имя принимает правящий дом королевства эльфов. Я был надеждой короны. Это не метафора, а титул. У людей меня называли бы наследником трона. Старший сын. Ра должен быть безупречен. Честь и справедливость превыше всего – девиз короны. И приближенный короны, то есть Ра, должен соответствовать этому девизу. Мой отец именно таков. Братья тоже. И я… был. Наши законы и традиции отличаются от ваших главным образом тем, что соблюдаются. Так, например, кровь Ра священна, и тот, кто ее прольет, навлекает позор и презрение не только на себя, но и на свой клан. Клан прекращает существовать, теряет имя, а те, кого не приняли другие дома, становятся лишенными имени. В основном только они и выходят за Сиккильские горы, становясь странствующими рыцарями. Впрочем, последний раз кровь Ра была пролита неумышленно и личным указанием носящего корону позор не лег на клан и даже преступник был не казнен, как того требовал закон, и лишь изгнан. Было это задолго до моего рождения, но за прошедшие годы наши кланы так и не стали друзьями.