— Джейк?.. — прошептала она, не смея надеяться.

— Ш-ш-ш, — тихонько погрозил он.

Вот Джейк добрался до ее губ и коснулся их — с каким-то нежным воодушевлением, неистово волновавшим кровь. Это были горячие поцелуи, хотя все еще сдержанные, словно вопрошающие — да? Сюзанна остро чувствовала близость его тела, стремление к нему становилось всеобъемлющим, непреодолимым — как в легендах и песнях о любви. Она приоткрыла губы, и Джейк, жарко вздохнув, принял их.

Мучительно-нежные пальцы ласкали горло и спускались на грудь. Их задержка на краю махровой ткани только раскаляла нетерпение. Сюзанна стремительно приподнялась навстречу. Джейк издал гортанный звук и резким движением сорвал с нее полотенце.

Нежданное чудо так потрясло Сюзанну, что она очнулась в слезах. Она никогда не ощущала такой полноты жизни, такого яркого и совершенного бытия. Она рыдала от счастья, когда Джейк обнимал ее, сливаясь с ней душою и телом. Все ее надежды и мечты, самые безумные, невозможные, сбылись.

Джейк лежал рядом, прикрыв ее одеялом и блаженно расслабившись. Он был божественно красив. Услышав всхлипы, он поднял голову.

— Сьюзен? — позвал он осторожным шепотом.

Руки у нее слишком устали от ласк, но так хотелось запустить пальцы в его спутанные волосы. Разгладить легкую морщинку между бровями. Дрожащими губами она прошептала:

— Джейк…

Но рыдания заглушили слова, слезы счастья покатились из глаз на смятые простыни.

Джейк сдвинул брови и зажмурился. Тяжело перекатился на край кровати, сел спиной к Сюзанне.

— Джейк? — Она с мольбой протянула к нему руки. Он жалеет о том, что занимался с ней любовью! На нее навалились холод, пустота и одиночество. — Джейк, мы ведь женаты… ты имел полное право…

— Черт! — оборвал он ее, поднимаясь с кровати и оборачивая бедра полотенцем. — Я прекрасно знаю свои права. И обязанности тоже! — Он обернулся к ней. На скулах играли желваки. — Я не хотел… то есть я имел в виду…

— Не надо! — закричала Сюзанна. — Пожалуйста…

Она неохотно накрылась простыней. Не хватало еще извинений от родного мужа за занятия любовью. Она просто жалкая влюбленная дурочка. Оказывается, он исполнял супружеские обязанности. А теперь испытывает вину перед памятью…

При одном имени «Татьяна» ее словно током ударило. Тупая ноющая боль поднималась из глубины сердца — еще минуту назад она была для любимого единственной и прекрасной. Собираясь с силами, Сюзанна почти не скрывала от мужа закипающей боли.

— Нечего себя винить, Джейк. — Она старалась говорить как можно спокойнее. — Секс был частью нашего уговора. Другого способа производить потомство пока не придумали. — Губы дрожали, она прижала ладони к лицу, чтобы сдержать рыдания. Разозлившись на себя за эту слабость, делано рассмеялась. — Учитывая рациональную основу нашего брака… если между нами и могло возникнуть желание, то этот опыт можно считать… — Глубокая грусть словно заморозила горло. Ложь застряла в нем окончательно.

— Удовлетворительным? — хрипло закончил Джейк.

Не в силах больше лгать вслух, Сюзанна кивнула.

Джейк чувствовал себя настоящим мерзавцем. Он думал, что у него хватит самообладания дождаться от Сьюзен хоть какого-нибудь знака симпатии, прежде чем…

Он приглушенно выругался. Как можно было терять контроль над собой? Несмотря на искреннее самоедство, в глубине души он ощущал странное теплое удовольствие. Разве можно после этого не считать себя подлецом? «Ты радуешься потому, что тело и ласки Сьюзен восхитили тебя больше, чем ты ожидал. Чем ты даже мог себе представить!» — подсказал внутренний голос.

Это была хорошая новость. Плохо было то, что Сьюзен теперь с опаской смотрела на него, когда бы он ни входил в комнату. На людях они по-прежнему изображали счастливых молодоженов, но, если он брал Сьюзен за руку, она краснела до кончиков ушей. Каждый взгляд на жену пробуждал в нем жаркие воспоминания. Джейк страдал, зная, что сам виноват в этом.

Сюзанна благодарила провидение за то, что была занята делом. Хотя с некоторых пор ее положение на рабочем месте стало исключительным. Они с Джейком проводили вместе на буровой площадке целый день и ночи проводили тоже вместе. Работа отвлекала ее, но не избавляла от практически ежеминутного общения с мужем. От его волнующего запаха, тепла ладоней и низкого грудного смеха, когда он шутил с рабочими.

Хотя при посторонних Джейк разыгрывал любящего мужа, наедине держался от жены на расстоянии. Шли дни, и ощущение личного краха росло в душе Сюзанны в геометрической прогрессии. Очевидно, она оказалась совсем не тем, что он хотел видеть в… Сюзанна нахмурилась, запрещая себе думать о том, что это непоправимо.

Рыдания сдавили ей горло. Неудачница!.. Нет, она никогда не была неудачницей! Никогда не проваливала того, что действительно хотела сделать. Как она могла прилепить этот позорный ярлык к имени Джейка, которое носила теперь!