Моментально извернувшись, Вадим повис на одной руке, придерживая другой крышку, и, оттолкнувшись от стены, спрыгнул. Приземлившись на ноги, он перекатом ушёл в сторону, гася силу удара, и, поднявшись, встряхнул рукой, тихо прошипев:

— Чёрт, пальцы прищемил.

Словно в ответ на его слова крышка поднялась, и на пленников уставилась угольно-чёрная удивленная физиономия. Старательно пересчитав пленников, он обернулся, что-то крикнул и снова посмотрел в яму.

— Что-то не так, горилла с перьями? — не удержался от сарказма Юрген.

— Как вы поднимать крышка? — послышалось в ответ.

— Похоже, ромейский — здесь второй язык, — усмехнулся Свейн.

— Ты в своём уме, парень? Как мы могли поднять крышку, если до неё не дотянуться? — пожал плечами кормчий.

Растерянно подняв глаза, охранник осмотрел крышку и, недоумённо пожав плечами, опустил её на место. Помолчав несколько минут, Вадим удовлетворённо кивнул и, внимательно осмотрев руку, сказал:

— Похоже, обошлось. Я же говорил, им и в голову не приходит, что отсюда кто-то может выбраться. Теперь нам нужна верёвка.

— Зачем? — с интересом спросил капитан.

— А как иначе я вас отсюда вытащу?

— И где её взять?

— Под дальней стеной я видел моток верёвок. Попробую завтра их стащить.

— А почему не сегодня? — не унимался Свейн.

— Они будут настороже. Завтра охранять нас будут другие, вот тогда и можно будет попробовать, — задумчиво пояснил Вадим.

Вообще вся эта затея с побегом изначально была сплошной авантюрой, но на карту были поставлены жизни всего экипажа. И Вадим, плюнув на все предостережения, о которых просто вопило его сознание, делал всё возможное, чтобы спасти этих людей. Одновременно с этим он постоянно напоминал себе о том, что без них ему просто не выжить.

Дождавшись ночи, он в очередной раз заставил северян составить пирамиду и, поднявшись к краю ямы, принялся наблюдать за двором. Очень скоро Вадим увидел то, что хотел. Ворота тюремного двора были закрыты, а прямо перед ними сидел самец антропоид, задумчиво ковыряясь в носу.

«Мыслитель, мать твою», — с усмешкой подумал Вадим и, приподняв крышку, специально грохнул ею о край ямы.

Подпрыгнув, словно его ткнули в зад шилом, обезьяна метнулась через двор, оглашая джунгли яростным рёвом. Моментально спрыгнув вниз, Вадим принялся с интересом наблюдать, как гигантский самец беснуется над ямой. Испуганные крики убедили его в том. что охранников так и осталось двое и входить во двор они не собираются.

Прошло немало времени, прежде чем антропоид угомонился и, хрипло порыкивая, вернулся на своё место у ворот. Растерянно смотревшие на Вадима северяне дружно накинулись на него с расспросами, как только зверюга оставила крышку их ямы в покое.

— Зачем ты это сделал? — дружно завопили они, усаживаясь на циновки.

— Чтобы знать, что меняется в охране ночью.

— И что узнал?

— То, что охранников всё так же двое и что они не рискуют соваться во двор, когда там бродит их сородич. А ещё что эти звери натасканы на любой шум, который производит крышка.

— И что это нам даёт? — не понял Свейн.

— То, что завтра нам придётся сдвинуть эту крышку в сторону до того, как во двор выпустят это пугало.

— Зачем?

— Затем, что иначе оно сорвёт нам все планы. Я должен выбраться наружу до того, как его выпустят. Тогда я смогу сбросить вам верёвку и отвлечь его до тех пор, пока вы вылезаете наружу.

— А что потом?

— А потом мне придётся очень постараться и спихнуть его на наше место.

— И как ты собираешься это сделать? — не понял Свейн.

— Как-нибудь, — вздохнул Вадим, укладываясь спать.

Ночь прошла спокойно. Утром, не спеша позавтракав, Вадим в очередной раз выстроил пирамиду и, подобравшись к краю, принялся высматривать охранников. Северяне покорно держали его на своих плечах, отлично понимая, что без него не смогут выбраться из этой ямы. Больше всего доставалось капитану, но Свейн, зная, что к чему, терпел, считая это наказанием за собственную глупость.

Дождавшись, когда охранники спрячутся от солнца за стеной, Вадим выбрался наружу и, быстро собрав все валявшиеся под стеной верёвки, нырнул обратно. Старательно размотав и связав концы, пленники получили длинную и достаточно крепкую верёвку. Аккуратно намотав её на локоть, Вадим убрал добычу под циновку и приготовился ждать.

Сразу после ужина он достал верёвку и, закрепив обрывки кандалов на поясе, полез на пирамиду. Уже начало смеркаться, когда охранники, старательно заперев ворота, вернулись к своим немудрящим развлечениям. Выбравшись из ямы, Вадим медленно отодвинул крышку так, чтобы она нависала над ямой самым краем, и, убедившись, что его не заметили, кинулся к дереву.

Спустив верёвку в яму, он привязал свой конец к самой прочной ветке, которую смог найти, и, нагнувшись над ямой, скомандовал:

— Быстро выбирайтесь, пока эти обезьяны не выпустили обезьяну.