— Из братков он — как полагаешь?

— Типичный урка, — кивнул Маус.

— А, ну да это ничего, — сказал майор, переводя взгляд на застывшего вдруг пленного. — Сейчас мы поговорим с ним на понятном языке. На котором с такими отморозками и беседуют в комендатуре Восточного сектора…

Коротким кивком майор предложил остальным покинуть помещение. Маус подумал — и решил дать Самохину шанс. Хоть и он проявил себя конченой гнидой, но, может, именно такому и раскроет душу этот злобный гаденыш. Все, кроме Самохина, тихо покинули сарай и прикрыли за собой деверь. Петля немедленно припал ухом к щели в грубых досках. Маус тоже вслушивался в наступившую неприятную тишину. Вскоре донесся спокойный, приглушенный голос майора, а следом — отчаянный, полный боли и страха крик. И пленного словно прорвало. Он стал выкрикивать какие-то невразумительные фразы, каялся, умолял, переходя на рыдания, и вскоре затих. И уже после этого послышался довольный голос майора:

— Чего вы там топчетесь? Заходите. Нашему другу вдруг захотелось что-то рассказать.

Бандита звали Валун, и, видимо, майор действительно нашел быстрый путь к его центру разговорчивости, так как больше того не пришлось уламывать на искренность. Единственное послабление, на которое пошли, — освободили пленному руки, и тот теперь, довольно шипя, потирал покрасневшие запястья, краем глаза поглядывая на недвусмысленно торчащий в его сторону ствол дробовика в руках Монаха.

— По Зоне сначала слух прошел — быстро так пробежал — мол, этот нелюдь Бука решил с Зоной покончить… Про какое-то Марево трепались. Ну, это аномалия такая, вроде машины времени, только еще круче. Так вот, болтали, что Бука добазарился с Монолитом, чтоб Зону, значит, стереть с лица земли…

Бандит то ли не замечал Буку, стоявшего за спинами остальных, то ли просто не знал того в лицо. Не сговариваясь, решили пока не знакомить бандита с главным персонажем его рассказа: это придавало истории определенную пикантность.

— Ну, ясен перец, никто в такое не поверил, — продолжал Валун, кряхтя и устраиваясь поудобнее в мягких охапках сухой травы. — Мало ли что в Зоне болтают? Хотя нервишки у некоторых стали пошаливать: кому ж нужно, чтобы пропала Зона? Это же все равно чтобы «стояк» пропал!

Бандит хихикнул и продолжил:

— Ну, а вчера пошла другая молва — и это уже, кроме шуток: за голову Буки объявили награду…

— Кто объявил? — быстро спросил Маус.

— Толком не ясно, — скривился Валун. — Пацаны говорят, что это, по-любому, посредники. А главные заказчики — Хозяева Зоны.

Наступила пауза. Приятели обменялись взглядами. Про Хозяев говорили многое, и все эти разговоры противоречили один другому. Некоторые считали Хозяев всемогущими, но в таком случае непонятно, зачем кого-то нанимать, когда Буку можно просто прихлопнуть какой-нибудь молнией или разверзнув под его ногами землю. Нет, все не так просто было с этими Хозяевами. Они нуждались в сталкерах так же, как сталкеры нуждались в самой Зоне. Что же касается Буки — то очень даже может быть, что Хозяева просто не могут убрать его своими руками. Ведь он — часть Зоны, сам по себе аномалия. Наверное, оттого и приходится им действовать чужими руками. Впрочем, только в том случае, если за всем этим действительно стоят Хозяева, и этот бандюга не врет.

— В общем, назначили награду, — продолжил Валун, невольно причмокивая. — И знаете какую?

— Ну? — без особого интереса произнес майор.

— Миллиард, — осклабился бандит.

— Что? — не поверил Маус. — Миллиард чего?

— Баксов, чего же еще, — хмыкнул бандит. — Не вольт же! В общем, теперь башка этого нелюдя — самый дорогой артефакт в Зоне.

Бука переступил с ноги на ногу, отвернулся, уставившись в ночь.

Его не пугало то, что за ним теперь станут охотиться все наемники Зоны. Его изумило то, что его жизнь, оказывается, имеет вполне определенную цену. И впервые за все время его существования люди проявляют к нему столь живой интерес.

Убить его. Отрезать и принести заказчикам голову в пластиковом мешке — чтобы получить за это определенное количество нулей на расчетном счете. Проникнуть, отыскать, убить — и получить премиальные. Вот оно, истинное лицо Зоны, а все философские разговоры — чушь. Зона должна сгинуть. И он убьет ее — если Зона не успеет достать его раньше.

— …Мы узнали одними из первых, — продолжал Валун. — Но, думаю, заказчики специально сообщили о награде всем группировкам. Чтобы, значит, ускорить процесс. И теперь в Зоне начнется грызня.

Валун мелко захихикал:

— Это будет крутая гонка! Нас было семеро, мы почти перебрались через топь — но тут нас накрыли огнем из засады…

— Кто? — с профессиональным интересом спросил Самохин.

— Думаю, наемники. Хотя не уверен — я же сразу в грязюку харей — и ползком, ползком. Из наших, по ходу, я один и уцелел. Да вот, на Болотного Доктора нарвался. И чего он меня сюда потащил? Мог бы сразу скормить своим тварям…

— Как вы узнали, что искать нужно на Болоте? — спросил Маус.