— Стало быть, по утренним диджеям — ничего. — Газировка уже потеплела. Бойд сделал глоток и пожалел, что у него в руках не банка ледяного пива.

— Кей-эйч-ай-пи — одна большая счастливая семья.

— Похоже на то, — пробурчал Бойд. — Хэррисон вроде тоже вполне надежен, но я еще проверяю. Это он взял Силлу на работу. Причем долго уговаривал ее, предлагал солидную прибавку к зарплате и карьерный рост, если она переедет в Денвер и будет работать на Кей-эйч-ай-пи.

Алтея покопалась в леденцах и вытащила красный.

— А что с тем парнем, Макгиллисом?

— Жду звонка из Чикаго. — Бойд взял еще одну папку. — Есть еще этот уборщик. Билли Ломус. Ветеран войны во Вьетнаме. Награжден медалями «Пурпурное сердце» и «Серебряная звезда». Отслужил два срока, затем был демобилизован из-за ранения в ногу. Судя по всему, одинок. Нигде не задерживается дольше года. Пару лет назад недолго жил в Чикаго. Семьи нет. Близких друзей не имеет. В Денвер переехал четыре месяца назад. В детстве сменил несколько приемных семей.

Алтея принялась внимательно изучать какой-то документ.

— Сурово.

— Да уж. — Бойд посмотрел на ее склоненную голову. Мало кто знал, что Алтея Грейсон все свое детство переходила из одной приемной семьи в другую. — Похоже, на радио у нас шансов мало.

— Да. Может, с Макгиллисом повезет больше. — Алтея взглянула ему в глаза. Лицо ее было совершенно спокойным, а голос ровным. Только тот, кто знал ее очень хорошо, мог бы догадаться, что она все еще сердится. — Ты хочешь начать с Джексона или с Питерса?

— С Джексона.

— Хорошо. Попробуем сначала что полегче. Я позвоню и попрошу его прийти сюда. — Она встала.

— Спасибо. Алтея, — позвал Бойд. — Постарайся меня понять. Я не могу выключить свои чувства, но не могу и забыть то, чему меня учили, потому что это уже инстинкт.

Она вздохнула.

— Я только прошу тебя — будь осторожней, Бойд.

Он будет очень, очень осторожен. И будет приглядывать за Силлой. Вряд ли она это оценит, подумал Бойд, листая бумаги. С того самого момента, как он признался ей в любви, она пыталась отыграть все назад.

Но боится она не его. Она боится себя. Чем глубже становится ее чувство, тем страшнее ей сознавать это. Странно. Никогда раньше Бойд не думал, что ему будет так нужно словесное подтверждение чувств. И вот — сейчас ему больше всего на свете хотелось, чтобы Силла посмотрела на него и сказала, что любит его.

Улыбка, прикосновение, стон в ночи — этого недостаточно. Только не с Силлой. В случае с ней надо, чтобы духовная связь, обещание счастья в будущем, подкреплялось словами. Всего три слова. Простая фраза, которую люди произносят так часто — возможно, слишком часто. Которая может изменить жизнь.

Однако для Силлы это как раз не просто слова. Если когда-нибудь она сумеет преодолеть свои сомнения, страхи и комплексы и все-таки произнесет их, то вложит в них всю душу. «И это все, что мне нужно, — решил Бойд. — Потому что я никогда не позволю ей забрать их назад».

А сейчас надо забыть о своих желаниях и надеждах и быть полицейским. Для того чтобы защитить ее. Но как раз его работы она боится больше всего. Ради нее, ради ее безопасности Бойд не мог себе позволить размышлять над тем, как сложится их жизнь после того, как это дело будет закрыто.

— Бойд? — Алтея просунула голову в дверь. — Джексон едет сюда.

— Хорошо. Нужно поймать Питерса до начала его рабочего дня на радио. Я хочу… — Зазвонил телефон. Бойд махнул Алтее рукой, чтобы она зашла, и поднял трубку. — Флетчер. Да. Большое спасибо, что согласились мне помочь. — На секунду он прикрыл трубку рукой. — Полицейское управление Чикаго, — шепотом сообщил он. — Да, все правильно. Джон Макгиллис. — Бойд схватил карандаш и блокнот и принялся быстро что-то записывать, но вдруг замер на полуслове. — Когда? — Он тихо и очень крепко выругался. — Семья? Записку оставил? По факсу переслать можете? Да. — Большими буквами Бойд написал в блокноте: «Самоубийство» и показал Алтее. Она молча присела на край стола. — Все, что только можно. Вы уверены, что у него нет братьев? Нет. Спасибо, сержант. — Он повесил трубку и постучал карандашом по столу. — Сукин сын.

— Это точно тот самый Макгиллис? — спросила Алтея.

Да. Все совпадает с тем, что рассказывала Силла, в том числе описание внешности. Это он. Покончил с собой около пяти месяцев назад. — Он громко вздохнул. — Перерезал себе вены охотничьим ножом.

— Все сходится, Бойд. — Алтея взяла блокнот и прочитала то, что записал Бойд со слов сержанта из Чикаго. — Ты говорил, что Макгиллис преследовал Силлу и угрожал покончить с собой, если она не ответит ему взаимностью. А тот, кто ей звонит, обвиняет ее в смерти брата.