Себастьян нахмурился, а потом потер лоб.

– Почему же она проявила великодушие?

– По-моему… Мне кажется, она понимает, почему я этим занимаюсь.

– Тогда, может, она и со мной поделится этим? – съязвил Себастьян, а затем грозно спросил: – Зачем тебе все это, Элинор? Почему ты ввязалась в такую авантюру?

Та резко отвернулась, чтобы не видеть его сердитую физиономию.

– Я задал вам вопрос, мадам.

– Ты в самом деле хочешь узнать?

– Да.

– Потому что мне очень нравится это занятие.

– Тебе доставляет удовольствие тайком проникать в чужие спальни и ускользать, рискуя покрыть свое имя позором в случае разоблачения?

– Это помогает мне развеять скуку.

– Миссис Уотсон известно о том, кто ты такая? – помолчав, спросил Себастьян.

– Пока нет.

– Вы раньше встречались? – удивленно поинтересовался он.

– Прошлым летом я видела ее мельком на аукционе в королевской академии, где проходила выставка акварелей Беллисанта.

– Нуда, разумеется, – согласно кивнул Себастьян.

Элинор сжалась в комок. Она чувствовала, что заслужила неодобрение мужа. Одри Уотсон может легко узнать, кто она такая. Это просто вопрос времени. Герцогине придется пережить двойное унижение – не только от разглашения якобы опрометчивых связей герцога, но и от того, что их разоблачит самая известная в Лондоне хозяйка борделя.

– А еще у меня забрали мой любимый пистолет, – пробормотала Элинор.

– Ну, это не самая высокая цена за свободу. Я был готов разнести весь дом в щепки, чтобы вызволить тебя оттуда.

– Представляю, что это была бы за сцена, – грустно улыбнулась Элинор.

– Если бы хоть волосок упал с твоей головы, я бы устроил им светопреставление, – мрачно проговорил Себастьян.

Она вздохнула. То, что муж о ней тревожился, растрогало Элинор и растопило остатки льда в ее сердце. У нее пропало желание прятаться в надежную броню, которая до этого не позволяла ей снова влюбиться в своего мужа.

– Ради чего весь этот риск, милая? Я все-таки не понимаю.

Себастьян сел рядом с ней.

Забота мужа подействовала обезоруживающе на Элинор. Она была растрогана до глубины души, и от этого ей захотелось плакать.

– Ради вознаграждения, разумеется.

– Какого именно? – Себастьян нахмурился. – Ты говоришь о деньгах? Герцогиня пообещала осыпать тебя золотом?

– Не совсем так. Ты же понимаешь, что рано или поздно герцог вернется в Англию и станет влиятельной политической фигурой?

– Разумеется.

– В преданности людям, облеченным властью, есть свой резон, – медленно сказала она. – Выгода для всей семьи.

Себастьян покачал головой:

– Так, значит, это не просто пустая болтовня за чаем? Герцогиня в самом деле обещала тебя вознаградить?

– Да. И тебя. И наших будущих детей, если они у нас будут. Это ты хотел от меня услышать?

– Не уверен. Но по крайней мере это ответ, который я мог бы хоть как-то понять. – Себастьян погладил Элинор по щеке. – Обещай мне, что ты больше не будешь подвергать себя опасности. Я знаю, что ты привыкла держать слово.

И все-таки муж был не до конца с ней откровенен. Интересно, признается ли он когда-нибудь, что его действия не имеют ничего общего с распоряжениями герцога?

– Да, я человек слова, – глядя Себастьяну прямо в глаза, тихо промолвила Элинор.

Муж взял ее за руку.

– Итак, ты покончила с этим опасным делом? Элинор была вынуждена признать, что после визита на Брутон-стрит ее занятие утратило для нее изрядную долю привлекательности. А может быть, к ней пришло осознание того, что главная опасность, к которой ее неудержимо влекло, сидит сейчас рядом.

– Ну так что ты мне на это скажешь? – спросил Себастьян, приближая свои губы к ее губам.

– Я не готова сейчас отвечать. Мне надо подумать.

– Очень советую. – Себастьян сплел ее пальцы со своими. – У нас будут дети, не забывай об этом, – сказал он.

– Но того, которого мы потеряли, уже не вернуть.

– Я сожалею об этом, Элинор. Поверь мне.

– Я знаю.

– Мейфэрский незнакомец не годится в отцы нашим детям.

– Вот тут ты абсолютно прав, – пробормотала Элинор.

Себастьян опустил глаза и покачал головой.

Он подумал, что на протяжении всего времени именно это было настоящей угрозой для их брака. Именно это, а не Беллисант или какой-то другой мужчина. Потеря ребенка – вот о чем постоянно вспоминала Элинор.