— Это Макс.

— Сейчас моя реплика? — пробормотала Сара. — Алло, — произнесла она в трубку.

— Мы должны поговорить, — сказал Макс.

— О чем?

— Дай трубку Элисон, — скомандовал он.

Сара вернула трубку секретарше и услышала, как Макс сказал:

— Не позволяй ей уйти.

Брови Элисон взметнулись выше очков. С благоговейным страхом она спросила Сару:

— Вы же не собираетесь уйти от него?

— Вы не поверите, — сказала Сара, — никто, пожалуй, не поверит, но именно это я собираюсь сделать. Мне здесь все надоело, мне ничего не нужно. Даже Дом. Ни-че-го.

Элисон с трудом восстановила дыхание.

— Из-за снимка папарацци? Вы же должны знать, что пресса из всего старается сделать сенсацию — вы сами работали репортером.

Но на этом снимке была Имоджин — единственная женщина, которую всегда хотел Макс. А Сара мечтала, чтобы такой женщиной стала она.

— Вы знали об Имоджин? — спросила Сара.

Элисон неопределенно пожала плечами.

— Она крутилась вокруг Макса, но женился он на вас.

— Мы заключили контракт, однако теперь я хочу разорвать его.

— Вы не можете.

— Посмотрим.

— Вы дождетесь его?

Улыбка Сары была такой мимолетной, что и улыбкой-то ее назвать было нельзя.

— Макс уволит вас, если я уйду?

— Нет, — решительно ответила Элисон. — Он хороший босс и хороший человек. Если вы уйдете от него, то вы просто ненормальная. Я никогда не знала, что стоит за этим браком. Деньги, которые были нужны вам и вашей семье? Неужели вы так и не разглядели своего мужа? — Холодность Элисон испарилась без следа. От ярости она раскраснелась. — Таких, как Макс, — один на миллион. Вы никогда не найдете мужчину, достойного сравнения с ним. Вы видели меня и моего мужа на новогоднем балу? Это все благодаря Максу. Врачи сомневались, сможет ли Эндрю ходить, а он танцевал. Однажды его парашют не раскрылся — Эндрю был членом клуба парашютистов, — Макс оплатил операции, лечение, все! Сохранил за ним его должность. Никто не говорит об этом вслух, но все, кто на него работает, знают, что Макс никогда не оставит в беде. В чем ваша проблема? Почему вы делаете это?

Потому что я люблю его, могла бы ответить Сара. Люблю так сильно, что не могу жить здесь, зная, что он равнодушен ко мне. Но рано или поздно ей предстоит встретиться с Максом, поэтому Сара сказала утомленно:

— Ладно. Я дождусь его.

— Хорошо. — Губы Элисон были сжаты в тонкую линию, лицо напряжено. Сара даже улыбнулась, представив, как Элисон бросается на нее при попытке к бегству. Сейчас ей очень нравилась эта женщина — они могли бы стать хорошими подругами.

— Почему на вас всегда темные очки? — спросила Сара.

— Потому что без них я слепа, как летучая мышь, — резко ответила Элисон.

В этом они похожи. Сара тоже была слепа, позволив себе полюбить этого мужчину так сильно, что с радостью отдала бы за него жизнь.

— Мне нужно выпить, — сказала Сара импульсивно. — Я знаю, что еще рано, но выпила бы бокал шампанского. Не хотите присоединиться ко мне?

— Ни в коем случае, — сказала Элисон. — Что вы собираетесь отпраздновать?

Повода для празднования не было. Но Саре хотелось обрести мужество и выбраться из пучины отчаяния. Она взяла с собой в спальню бутылку шампанского, несколько минут сражалась с фольгой и пробкой. Пробка выстрелила, и пенистое вино перелилось через край бокала. Сара выпила шампанское как лекарство. Оно показалось ей горьким, хотя и было высшего качества.

Сара не знала, куда пойдет отсюда, но точно не к Бет и не к матери. Она не сможет ничего им объяснить, а друзей вовлекать в свои проблемы не хотелось. Ей нужно где-то залечь на дно и постараться собрать в кучку осколки своей жизни. Какой-нибудь загородный отель типа того, который выбрали для свидания Макс и Имоджин. От этого воспоминания боль снова вернулась, и даже бокал шампанского не смог притупить ее.

Сара начала складывать вещи в чемодан. Ей будет не хватать ее кукольного домика. Вот бы спрятаться в нем. Если Макс отдаст ей этот домик, будет здорово. Сара вынула из ушей бриллиантовые сережки и положила их возле зеркала. Большая часть ее украшений лежала в стенном сейфе, часть — в ящичках трюмо. Она все оставит здесь, включая кольца, которые сейчас на ней. Все, кроме обручального. Оставит только его.

Сара не нашла в себе мужества попрощаться с Бесс, поэтому решила не ходить на конюшню. Она задержалась перед черной лакированной витриной, где стояли фарфоровые Арлекин и Коломбина. Открыв стеклянную дверцу, Сара взяла в руки маленькую балерину, так похожую на Бет.

— Не хочешь ли ты сбежать вместе со мной? — обратилась Сара к маленькой фигурке. Можно тайно унести Коломбину, и тогда будет разбита еще одна пара — первой были вазы. Коломбина стала бы для Сары единственным напоминанием о том, что девушка из ниоткуда однажды жила здесь. Может, Макс и поскучает по ней, но недолго и не настолько сильно, чтобы попросить вернуться.

Если Сара скажет ему сейчас: «Я люблю тебя», то все может закончиться тем, что она станет цепляться за него, моля хотя бы о капле взаимности. И тогда не сможет остановиться, а это будет ужасно.

Сара уже собиралась спуститься по лестнице, когда входная дверь открылась и Макс вошел в дом. Он остановился у подножия лестницы, и сразу тишина стала звенящей, а воздух наэлектризованным, словно перед бурей. Сара сделала несколько шагов назад в глубь галереи, вцепившись в перила, — у нее закружилась голова. Да, шампанское было глупой идеей.