— Это объяснило бы многое, — задумчиво произнесла Тамсина.

— Но Трейси… дочка Дженис… Почему Норман сказал мне, что никто не знает, кто отец девочки? Почему он старался убедить меня, будто она удочерена?

Тамсина подошла к сестре и крепко сжала ее холодные руки. И когда она заговорила, в ее голосе слышалось сочувствие.

— Я думаю, дорогая Милдред, что единственный человек, который может ответить на этот вопрос, — Норман.

Сердце Милдред сжалось. Долгое время она смотрела на сестру затуманенным взглядом, ее мысли витали далеко-далеко.

— Если мы правы, — сказала Милдред, и ее голос задрожал, — Норман никогда не сможет простить, что я отняла у него Бенни.

— А мы, скорее всего, правы, — отозвалась Тамсина и притянула Милдред к себе. — И если произойдет то, о чем ты говоришь, тебе придется с этим смириться. Если Норман действительно сделал это для Дина и Дженис, то он… он настоящий человек и сможет понять и простить тебя. Не забывай, об этом, Милли, когда станешь разыскивать его.

Достаточно было лишь одного звонка в «Ожерелье», чтобы узнать, где сейчас Норман. Он уехал в поместье Маркингтон наблюдать за строителями, которые уже начали там работы.

— Возьми мою машину, — предложила Тамсина, но Милдред только покачала головой.

— Спасибо, увы, прошла целая вечность с тех пор, как я последний раз садилась за руль. К тому же я плохо себя чувствую. Кроме того, я оставляю на тебя Бенни, и тебе будет намного проще, если под рукой в любой момент окажется собственная машина. Ты уверена, что справишься одна и с магазином, и с Бенни?

— Можно подумать, ты меня совсем не знаешь! — вспыхнула Тамсина. — А тебе… — она склонилась над картой Англии, лежащей на прилавке, — тебе придется ехать сначала на поезде, потом автобусом. Но… — Она с надеждой посмотрела на сестру. — В конце концов, если все пойдет хорошо, Норман отвезет тебя назад на своем «ягуаре» или «бентли».

— Он, возможно, сейчас ездит на джипе, — процедила Милдред, скорчив гримасу. — Привык сломя голову гоняться на Карибах. Кто знает, на чем он ездит! Да и вообще он может выставить меня вон, как только услышит всю историю.

В глубине души Милдред надеялась, что этого все-таки не произойдет. Надо было верить в себя, иначе не стоит и пытаться что-то предпринимать.

Вечером следующего дня Милдред уже подъезжала в такси к поместью Маркингтон. На улице было по-зимнему холодно и промозгло, хлестал косой дождь, а дороги вовсе не было видно. Слава Богу, подумала Милдред, что она отказалась взять машину Тамсины.

Дорога заняла намного больше времени, чем она предполагала: Милдред опоздала на автобус и ей пришлось еще два часа дрожать в холодном зале ожидания.

Пока водитель пересчитывал деньги, Милдред посмотрела на часы — время уже приближалось к семи.

— Спасибо, — сказал таксист. — А вы… — он вглядывался в темноту, — вы уверены, что там кто-то есть? Похоже, это место заброшено. Не хотите, чтобы я подождал, вдруг вы вернетесь?

— Если можно, — извиняющимся тоном отозвалась Милдред. — Мне бы вовсе не хотелось остаться на улице в такую ужасную ночь. Я махну рукой, когда кто-нибудь откроет дверь.

— Нет проблем!

Таксист не стал выключать зажигание, и Милдред побежала к дому, сжимая в руках сумочку. Дождь лупил по ее щекам, а уши закладывало от воя ледяного северного ветра. Что, если она приехала напрасно?

Она позвонила в дверь. Внутри не раздалось ни звука.

Милдред съежилась под очередным порывом ветра. Похоже, в тоске подумала она, никого нет дома. Взглянув на такси, Милдред заметила, что машина чуть тронулась с места. В ужасе она снова приготовилась позвонить, но не успела нажать кнопку, как дверь со скрипом открылась.

В потоке яркого света перед Милдред стоял Норман Ллойд. Ее сердце судорожно сжалось, но она нашла в себе силы, не оборачиваясь, махнуть рукой таксисту.

Милдред в первый же миг заметила недоумение и замешательство в глазах Нормана. Не говоря ни слова, она вошла в холл, оставив дверь открытой, и подошла к нему. Раздался хлопок двери и звук закрывающегося замка. Круг замкнулся. Она слышала свое прерывистое дыхание, стук капель, падающих на паркет с подола ее пальто. Судорожно отбросив волосы с лица, Милдред повернулась к Норману.

Он выглядел настолько неприступным, что она вздрогнула, словно от удара плетью.

— Что тебе нужно? — В его голосе прорывалась с трудом сдерживаемая злоба. — Мне казалось, мы все уже обговорили.

Милдред услышала, как стучат ее зубы. В машине было холодно, да и ожидая у двери, она промерзла до костей. А за спиной Нормана сквозь открытую дверь виднелось пламя, пылающее в камине. Там было так тепло, уютно…

— Я должна кое-что тебе сказать. — Она непроизвольно вздрогнула от холода и волнения. — Но сначала мне нужно согреться. — Она указала рукой в сторону комнаты. — Можно мне снять пальто и посидеть у камина?