Он целовал ее с силой и одновременно с нежностью. Убеждая ее. Заставляя не только силой своей чувственной власти, но и силой ее собственного желания.

Когда Кариф наконец отпустил Жасмин, тихий стон вырвался из ее горла. Она, как в тумане, уставилась на любимого мужчину, ощущая тепло и мягкий свет от его близости.

Его поцелуй покорял ее сильнее тысяч слов.

Выдохнув, Кариф прижал ее к обнаженной груди, гладя по голове и чувствуя, что она сдается.

— Ты моя, Жасмин, — тихо, едва слышно, произнес он в ее волосы. — А я твой.

В душе раздался тихий крик о том, что она не принадлежит ему и он никогда не будет принадлежать ей. Вернувшись в Шафар с Карифом как его тайная любовница, Жасмин подвергнет риску все, что ей дорого, — каждого, кого любит.

Но она не могла позволить ему отпустить ее. Не сейчас. Не сейчас!

Она закрыла глаза, пока он ее обнимал.

«Будь что будет», — подумала Жасмин.

Как-нибудь они отыщут способ быть вместе немного дольше, не причиняя вреда никому. Только вот удастся ли?

Шум вертолета все возрастал. Она увидела кружащийся у входа в пещеру песок, разлетавшийся от лопастей приземляющегося на соседнее плато вертолета.

Жасмин оттолкнула Карифа:

— Одевайся! Мы не можем позволить, чтобы твои люди увидели тебя обнаженным… наедине со мной.

Он фыркнул от смеха:

— Для них это оказалось бы полной неожиданностью, верно?

Подняв его одежду с земли, она сунула ее ему в руки:

— Одевайся!

Кариф улыбнулся ей, и она тоже не сдержала улыбку. На мгновение время растянулось, и они затаили дыхание, предвкушая бесконечные радости…

Затем Жасмин услышала мужской крик, рокот моторов подъезжающих машин. Послышались тяжелые шаги у входа в пещеру, становившиеся все громче.

Вздохнув под ее обеспокоенным, умоляющим взором, Кариф, не отводя от нее взгляда, надел трусы и черные брюки. Пока он надевал рубашку, она мельком взглянула в последний раз на его красивое тело и восхитилась тем, что оказалась единственной женщиной, которая получила несказанное удовольствие, оказавшись с ним в постели. Как такое возможно? За что ей такое благословение?

Она подумала о том, как почтительно, страстно и нежно он прикасался к ней ночью. И днем…

— Ваше величество? Ваше величество!

Начальник охраны Карифа проник в отверстие у входа в пещеру, засыпанного песком, и от облегчения и радости упал на колени. Позади него были несколько мужчин, снаряженных, как на войну.

— Слава Всевышнему! Эта чокнутая кобыла вернулась без седока до того, как буря обрушилась на дом. Мы подумали… Мы боялись…

Застегивая рваную белую рубашку, Кариф встал перед ними, высокий и горделивый. Он казался настоящим королем.

— Мы в безопасности, Фарук. Мисс Коури и я ехали верхом, когда началась буря, и мы укрылись здесь. Благодарю за то, что нашли нас. — Он жестом указал на вороного коня, привязанного к камню. — Пожалуйста, проследите, чтобы позаботились о Тайибе. Он помог нам выбраться.

— Да, ваше величество.

— А мои люди? Мой дом?

— Никто не пострадал, — ответил охранник. — Небольшие повреждения. Большие песчаные заносы. На всякий случай мы привезли доктора.

— Я не ранен. Пусть врач осмотрит мисс Коури.

Фарук обеспокоенно взглянул на Жасмин, поклонился и попятился. Она увидела, как другие охранники косятся на нее, и покраснела.

— Вертолет немедленно доставит нас во дворец, — сказал Кариф, повернулся к Жасмин и протянул ей руку: — Мисс Коури?

Кариф улыбался, сопровождая ее из пещеры под яркое раскаленное солнце. И внезапно все ее опасения улетучились, будто их никогда не было.

Он подвел ее к ожидающему вертолету, и она улыбнулась ему, стараясь не обращать внимания на мрачных охранников, выстроившихся позади. Еще на один день им удастся сохранить свои отношения в тайне. На один драгоценный день, а потом Кариф будет вынужден осознать, что выбора у него нет и он должен с ней развестись. Они должны разойтись и начать новую жизнь, какую уготовила им судьба.

«Еще один день, — в отчаянии подумала она. — Никто не пострадает от нашего, пусть и эгоистического, желания. Один день покажется нам вечностью…»

Кариф найдет способ сохранить их секрет. Жасмин не знала, как можно таиться во дворце, но он найдет выход. Он волшебник. Он властелин.

Он король.

Плечи Карифа были напряжены, когда он несся по коридорам королевского дворца, расталкивая на своем пути людей.

Каждая его минута после возвращения в город методично контролировалась пятью его помощниками и совместно работающими с ними заместителями министров, за работой которых наблюдал визирь. Обязанности короля, казалось, были бесконечными.