Они смотрели на Канючку с благодарностью: не часто увидишь подружку без слез на глазах!

Канючка деловито процокала на своих каблучках к яйцу-лифту.

— Ну всё, спускай меня, Механюк! — капризно приказала она. — Все интересное закончилось, мне теперь не страшно, и я пойду домой!

— Как это все интересное закончилось? А я?! — вдруг закричал, выходя из тени, Топ Дорожкин. — Неужели ты мне не рада, Канючка?

— А у тебя что-нибудь есть? — остановилась она.

Дорожкин аж расхохотался от радости:

— А как же иначе? Все первооткрыватели привозят из странствий что-нибудь интересное! Ну там чай или картошку. Или специи. Или ковры!

— Ты все это притащил? — недоверчиво оглядела первооткрывателя Канючка. — И зачем нам картошка и ковры? И кто будет жевать твой чай?

— Я привез цирк! А это поинтереснее ковров! — гордо заявил Топ Дорожкин и кинулся к картонному сундучку.

Но Кладовкин сноровисто перехватил свое сокровище

Так, вдвоем держа заветный сундучок, они спустились на столешницу. А Механюк спустил Канючку, а потом спустился сам на цепочке от часов.

Все друзья расселись под абажуром. Разожгли лампу. А Топ Дорожкин выпустил из сундучка тысячу дрессированных мушек.

Ах! Как красиво танцевали в воздухе мушки под веселую музыку Страшилки! Их стайка превращалась то в сердечко, то в колечко, то взлетала вверх, то опускалась прямо на головы зрителей! А потом, когда Страшилка запела колыбельную, вся дрессированная стайка приземлилась на оранжевый шар апельсина и заснула.

Все захлопали Топу Дорожкину и его цирку. А Топ Дорожкин наклонился к Прищепке, погладил ее и прошептал:

— Все равно ты лучше всех! Потому что ты верный друг! И потому что мушки не умеют считать до пяти и приносить тапочки.

Прищепка благодарно завиляла хвостиком-гвоздиком и прижалась к ноге своего хозяина.

И тут Страшилка наверху перестала петь и зашипела.

— Что? Опять за старое?! — грозно прокричал Кладовкин, выглядывая из-под абажура.

А Страшилка вдруг ответила басом:

— Перерыв в радиовещании!

— Что она сказала? — переспросила Канючка. — Заклинание?

— Нет! — успокоил ее Кладовкин. — Она пожелала всем спокойной ночи!

Глава 4

Темнота Непроглядная, живущая в дальнем углу

По утрам Страшилка, которая теперь совсем не Страшилка, а очень даже Певунья, говорит:

— Ш-ш-ш, доброе утро, товарищи!

А кукушка из часов кричит ей в ответ:

— Ку-ку!

Потому что часовая кукушка думает, что это она — товарищ.

А Механюк, седлая кукушку, думает: «Странно. Так нас еще никто не называл. Иногда — «мелочь пузатая», иногда — «всякая всячина». Интересно, что такое «товарищ»?»

Но он все равно вылетает на кукушке из домика и орет:

— Доброе утро!

А Страшилка в ответ разражается радостной и бодрой песней, а друзья Механюка — Трезор Кладовкин и Топ Дорожкин — начинают маршировать под песню на буфетной столешнице. Трезор — с конем-качалкой, а Топ — с верным другом Прищепкой.

Только Канючка совершенно не в такт стучит каблучками за своей стеклянной дверцей.

— Цок-цок-цок-цок, — нервно клацают ее каблучки- колпачки.

— Ты от холода стучишь зубами? — задирая голову, интересуется Кладовкин.

— Нет. От страха. И не зубами, а лапками, — обижается Канючка.

Друзья переглядываются. А Канючка продолжает:

— Я Темноты боюсь!

— Чего ее бояться? — пожимает плечами Кладовкин.

— Вам-то хорошо: ты всю ночь в своей сокровищнице дрыхнешь, Топ — в спальном мешке, а Механюк — в домике! А мне сквозь стеклянные дверцы всё-всё видно! Какая ночь вокруг!

— Так ты тоже спи, к утру Темнота сама пройдет, — поучительно говорит сверху Механюк.

А Топ и Трезор начинают торопливо разжигать масляную лампу.

— Смотри, у нас уже рассвело! — радостно сообщают они трусливой Канючке.

— У вас рассвело, а вокруг страшно! Там, вдалеке, Темнота притаилась!

— Эй, Механюк! — закричали Топ и Трезор своему ученому другу, живущему выше всех. — Посмотри: Темнота страшная?

Механюк выскочил на спине кукушки из домика, приставил ко лбу руку козырьком, но только хотел присмотреться к дали непроглядной, как кукушка — р-раз! — и на пружинке обратно в домик вернулась.