Конечно, это вопила несчастная Канючка, бежавшая со всех ног от липкого змея.

— Оно на меня смотрит! И сейчас меня съест! — раздался ее обреченный голосок.

Ну уж этого Кладовкин никак допустить не мог: чтобы их с Канючкой съели в разных местах! Ее даже некому было за руку взять, чтобы она не боялась!

Он рванулся изо всех сил, штаны у него затрещали, но это все, что осталось липкому змею!

Как бежал Кладовкин на вопли Канючки! Как он выставлял вперед свой пусть и неказистый, но острый клинок!

— Я вижу тебя, Канючка! — завопил он в темноту, хотя вовсе ее не видел.

— А его видишь? — дрожащим голосом спросила Канючка.

А его он увидел! Его круглые глаза! И толстое глиняное тело! Жаль, что слишком поздно — не успел затормозить и спрятаться.

Кладовкин стремительно пролетел мимо Канючки и со звоном врезался прямо в толстое глиняное брюхо!

— Какой ты смелый! — охнула Канючка.

— Я бою-у-усь! — одновременно с ней заревел Кладовкин.

— Бо-о-ом! — одновременно с ними загудело чудище… А потом сказало вдруг: — Крак! — И посыпалось на Кладовкина грудой мелких глиняных осколков.

— Что это было? — ошарашенно спросил Кладовкин.

— Подвиг, — убежденно ответила Канючка.

Конечно же никакой это был не подвиг. Это была старая глиняная копилка, в которой когда-то давно маленький папа хранил мелкие монеты, чтобы покупать газировку. Но потом трехкопеечные монеты отменили, газировки не стало, и копилка со страшными глазами поживала себе в ящике, пока не встретилась на свою беду с твердым лбом Кладовкина.

Теперь Кладовкин стоял по колено в осколках, а вокруг валялись медные колеса.

— А это что? — спросил он, показывая на гигантские трехкопеечные монеты. Кладовкин, как известно, обладал чутьем на сокровища, и чутьем эксперта он угадал, что кругляшки теперь не представляют никакой ценности.

— Это награда за подвиг! — сообразила Канючка.

И монеты прямо на глазах стали набирать ценность.

— А что мы с ними сделаем в этом пустынном краю? — опять спросил Кладовкин.

— Откупимся от дракона! — уверенно сказала принцесса.

Как всякая принцесса, она ни на миг не забывала о драконе. Ведь ни для кого не секрет, что больше всего у драконов зуб именно на принцесс, Кладовкин выбрал самое большое медное колесо (это были целых пять копеек — на них папа мечтал прокатиться на метро в тот день, когда ему разрешат поехать одному) и пыхтя запихал колесо за пояс того, что осталось от штанов. Получился неплохой щит.

— Надо тебе какую-то одежду поприличней купить. На сдачу от выкупа дракону, — критично оглядев своего друга, сказала прекрасная Канючка.

— Что деньги зря тратить? — пробурчал экономный Кладовкин. — Вон вокруг сколько добра.

Кладовкину повезло даже больше, чем он ожидал: он не только сэкономил монету, он нашел настоящие доспехи! Когда-то в незапамятные времена дедушке подарили фляжку, но она прохудилась, и дедушка больше не мог в ней ничего хранить. Это была настоящая удача! Ведь если бы она не прохудилась, Кладовкин не смог бы в ней ходить, а мог бы только качаться внутри, как какая-нибудь несерьезная неваляшка! К доспехам даже шлем был приделан цепочкой: чтобы рассеянный Кладовкин не потерял его вместе с головой.

— Ты в этом костюме толстоват, — заметила Канючка.

— А то! — с гордостью согласился Трезор. Ему теперь никакой глиняный гигант не был страшен!

Для надежности Кладовкин опоясался медной проволокой, найденной тут же: за эту проволоку он заткнул клинок, и на фоне роскошных доспехов серость клинка бросалась в глаза еще больше!

— Ну что? — спросила Канючка. — Теперь идем к дракону?

Кладовкин замялся.

— Надо накопить приятных впечатлений перед таким испытанием, — авторитетно сказал он подруге и пошел накапливать.

Перед самым выходом из ящика он нашел прекрасную штучку: маленький такой стеклянный кувшинчик, закрытый с одной стороны железкой. А внутри кувшинчика, надежно спрятанные, сидели маленькие волоски.

— Ух ты, лампочка! — радостно воскликнул Кладовкин. Вот это сокровище так сокровище!!! — Канючка! Ты не знаешь, как она включает… — обернулся к подружке Трезор и ужаснулся.

На него надвигалось белое-пребелое привидение!

Волосы на голове у Кладовкина встали дыбом. Если бы на нем не было тяжеленных доспехов, он бы позорно бежал, забыв про сокровища и Канючку!