— Думаю, пиво готово, — объявил он, проверив расчеты.

Ангус хлопнул в ладоши и облизнулся:

— Ах-х… надеюсь, на вкус оно лучше, чем на запах. Я уже недели две ощущаю это после каждого вдоха в своем злосчастном скафандре.

— Куда будем разливать? — спросил Аллен. — В бочках его оставлять нельзя.

— Я передам ребятам, чтобы приходили со своим бутылками, — ответил Ангус. — А разливать «Папашино лучшее» начнем сегодня ночью, когда проклятые администраторы-чаехлебы отправятся спать.

Разнообразие емкостей, принесенных конспираторами, Ангуса и Аллена буквально изумило. Работники столовой пришли с бутылочками из-под специй, парни из техобслуживания заявились с набором автоклавов, а ученые — с дорогой стеклянной посудой, оставшейся после каких-то экспериментов.

— Мы держим весь кухонный отсек под пониженным давлением, — заметил один из парней с кухни, когда заговорщики достали из укрытия первую бочку. — Никакие запахи оттуда наружу не просачиваются.

Аллен и Ангус долго смотрели на парня, вспоминая эпопею по избавлению от избыточного газа, потерянный скафандр и другие проблемы, едва не обернувшиеся катастрофой.

— Почему же ты не сказал нам об этом месяц назад? — процедил Ангус, скрежетнув зубами.

Парень пожал плечами:

— Вы не спрашивали.

Бочку водрузили на рабочий стол, закрепив, чтобы не укатилась, двумя стратегически размещенными кастрюлями. Аллен опустил в жидкость трубку — осторожно, чтобы ее конец оставался над скопившимся на дне осадком. Потом нацедил немного продукта в чашку и протянул Ангусу.

Тот с сомнением уставился на пузырящуюся мутноватую жидкость, втянул носом кисловатый запах и лизнул коричневатую пену кончиком языка.

— Не очень-то вдохновляет, — сообщил он собравшимся.

Затем поднес чашку к губам и выпил тепловатую жидкость.

— Ну? — спросил Аллен. Все затаили дыхание, дожидаясь окончательного приговора.

Ангус причмокнул и взглянул на осадок в чашке.

— В жизни не пил такого мерзкого на вкус, вонючего и паршивого пива. — Он помолчал. — Но все же это пиво. И лучшее, какое я отведал за последние два года.

Аллен взял чашку, нацедил еще немного и жадно выпил.

— Такое пойло точно не захочешь пить мелкими глоточками, но порадовать душу вполне сойдет. В очередь, ребята! Бар открыт!

Группа за группой получили свою порцию, при этом каждый делал глоток-другой, чтобы лично оценить продукт.

— Пожалуй, вкус улучшится, если напиток охладить, — предложил кто-то из столовой. Все немедленно поставили свои емкости в огромный холодильник.

— Думаю, стоит проверить вторую бочку, — предложил Ангус, когда первая опустела. — Как знать, может, пиво там получилось другим.

Не успел он договорить, как четыре пары рук извлекли вторую бочку из укрытия и поставили на стол.

— На вкус напоминает эль, — сообщил Ангус после первого глотка. — Но очень дрянной.

Всем пришлось отведать, чтобы оценить суждение Ангуса. Затем выпить еще по одной, чтобы оценка стала абсолютно точной, после чего все согласились, что настал самый подходящий момент, чтобы выпить по третьей за успех.

Позднее, когда бочки вымыли и спрятали на прежнее место, Ангус сказал Аллену:

— Думаю, следующая партия у нас выйдет лучше. Ты как считаешь?

— Вообще-то, — ответил Аллен, — я все больше размышляю о глотке-другом хорошего виски…

В № 9 за 2009 год мы опубликовали вызвавшую большой резонанс статью «Перемена книг и книги перемен», в которой московский критик попытался проанализировать влияние финансового и экономического кризиса на книгоиздание и дать прогноз относительно грядущего изменения ландшафта фантастической литературы. Прошло два года, и время показало, что во многом прогнозы критика оказались справедливы. Например, в части доминирования издательских проектов, по поводу которых в нынешнем году размышляли два наших автора — Алексей Пехов в шестом номере журнала и Дмитрий Володихин в девятом. С.Шикарев решил продолжить разговор, вооружившись не только книгами, но и калькулятором.

Согласно данным Российской книжной палаты, всего в 2010 году было выпущено 102 790 наименований книг общим тиражом 494 553 тысячи экземпляров, а также 159 290 тысяч брошюр. Подавляющее большинство (больше 70 %) — новинки.

Любопытно распределение тиражей. Около 30 % всех жанровых книг выпускается тиражом до 5000 экземпляров, чуть более трети общего тиража (36 %) дают наименования от 10 000 до 50 000 экземпляров. Соотношение наименований и тиражей напоминает об известном законе Парето, самая популярная трактовка которого такова: на долю 20 % любителей пива приходится 80 % всего потребляемого пенного напитка… Действительно, 21 % от всей выпущенной книжной продукции составляют книги с тиражом выше 5000 экземпляров, и эти издания составляют почти 80 % от общего тиража. При этом всего 0,8 % выходят тиражом свыше 50 000. Эти издания дают свыше 10 % от общего тиража. Число этих книг невелико: всего 997 наименований. А 462 новинки вышли тиражом свыше 100 000 экземпляров.