– Ты не в том положении, чтобы торговаться. Условия ставлю я.

– Ты уже ставил условия, почтенный Лар Элий Север. – Титания наклонилась вперед, поставила локти на колени, а подбородок положила на изящно сцепленные пальцы рук. Ее губы опять оказались в опасной близости от губ ее собеседника. Она слегка улыбнулась, всего лишь намек на улыбку, но все же… – Ты не пошел на уступки, когда я тебя об этом просила, ты не захотел вникнуть в то, что я говорю. Как и мой отец, кстати. Мужчины! Вам неведом смысл слова «уступка».

– Титания. – Лар тоже наклонился вперед, так что его губы почти коснулись ее. – У нас нет времени.

– На что?

– На что?! – Лар Элий вскочил со скамейки, едва ее не опрокинув.

Титания молча смотрела на него снизу вверх.

– Э… так. Так. – Лар Элий снова сел на скамейку.

Девушка улыбнулась уже по–настоящему.

– У нас нет времени обсуждать твои пожелания и твои «уступки». Клев может начать действовать раньше.

– Действительно. – Улыбка Титании погасла.

– Отправляйся на место встречи и передай отцу, что я выступлю его союзником, я дам укрытие всем мирным жителям Патависсы в моей долине, если Спанторих появится. Я приведу когорту в каструм. И мы вместе покажем этому варвару, чья это земля. Поверь, сражение со мной на моей земле вам не выиграть. Поверь, лучше иметь меня в союзниках, чем во врагах. Я не хочу сражаться с вами – ваши родичи живут в моей долине. Я вообще не хочу сражаться, но если мне придется, я докажу, что кулак Рима по–прежнему силен, несмотря на то, что метрополия покинула Дакию. Передай отцу, что я готов забыть это небольшое недоразумение. И скажи Клеву, что я не забуду его роль в этом недоразумении.

Титания фыркнула:

– Последнее я передам с превеликим удовольствием.

– Поспеши. Я отправлюсь к воротам и буду ждать. Что бы ни решил Тит Патулус – я готов.

___

Она опоздала. Ей пришлось сначала оседлать коня, а затем пробираться по темным улицам поселка, стараясь остаться незамеченной. На площади по–прежнему было шумно и людно, но многие уже отправились по домам, так что Титании постоянно приходилось замирать в темных углах у стен, пропуская пьяные парочки и компании.

В лощине под деревьями никого не было, лишь следы коней и примятая трава. Неужели отец решил выступить, не дожидаясь ее и условленного часа? Как так могло получиться? Титания вскочила на лошадь и пустила ее в галоп. Нужно догнать отряд, догнать во что бы то ни стало. Если они попытаются напасть на стражу у ворот – все пропало. Может быть, власти Лара Элия и хватит, чтобы приказать своим людям опустить оружие и позабыть о случившемся «недоразумении», но у даков, если погибнет хоть кто–то из них, вряд ли получится так просто смириться, остановиться и сделать вид, будто ничего не произошло.

По плану отряд должен был пробраться по ущелью к воротам, сохраняя полную тишину, а потом внезапно напасть на стражу у ворот. Половине людей поручили стрелами снять часовых на стене и башнях (укрепления были беззащитны с внутренней стороны), а оставшимся – сдерживать натиск резерва. Стрелки, закончив свое дело, планировали открыть ворота и подать условный сигнал, продудев в рог. Даки, ожидающие в долине за ущельем в полной готовности, ворвались бы за стену – и с легкостью разобрались с опьяневшими римлянами.

Хороший план, но все равно неосуществимый. Титания верила слову Лара Элия: неосуществимый – и точка.

Но все же она опоздала. У башни кипел бой. Каким–то чудом дакам все же удалось открыть ворота, наверное, Лар Элий ожидал, что Титании удастся отговорить отца от нападения – надеялся на это и приказал не проявлять враждебности к дакам до последнего. Ничем иным нынешнее положение объяснить было нельзя. Но это оказалось все, чего удалось добиться дакам. Сигнал рога не прозвучал. Караульные на башнях осыпали отступавших к воротам даков стрелами. Небольшой отряд римлян, ведомый командиром в полном парадном облачении, теснил нападающих.

Лар Элий. Лар ведет своих людей. Все кончено. Титания ударила коня пятками и направила его прямо в драку. Вероятно, на это была воля богов: девушка пронеслась последние полсотни шагов до ворот, избежав стрел, не замеченная ни даками, ни солдатами Лара Элия. Как фурия она врезалась в ряды римлян, сбив несколько человек с ног. Лошадь споткнулась, Титания в последний момент соскочила с седла, покатилась по земле, но быстро вскочила на ноги, выдергивая гладиус из ножен. Она парировала один удар, другой, рядом оказался Клев, окровавленный, злой, но, кажется, не раненый. Титания огляделась вокруг, пытаясь понять, где отец. Мимо просвистела стрела, срезав локон, выбившийся из–под шлема во время бешеной скачки.