Но он продолжал в упор смотреть на Ханну.

— Нам надо поговорить, как ты считаешь?

— Вам поговорить? — взметнула брови заинтригованная Тэра. — О чем же это?

— Давай налью тебе чего-нибудь, — поспешно предложила Ханна и ринулась к кухонной стойке за кружкой. Потом подхватила кофейник. Мысли беспорядочно метались. Черт, как же полагается вести себя на следующее утро! Пусть даже между ними ничего не было, все-таки, как ни крути, они спали вместе.

Может, существует какой-то специальный ритуал? Какая-нибудь особая манера поведения?

Надо было бы спросить у Майкла, но он, похоже, и сам в этом не больно-то разбирается. Музыка, свечи и безопасный секс — вот все, что он смог предложить. Не густо. Тем более, что про кондом она бы и сама как-нибудь догадалась.

— Кондом? — предложила она, показывая Заку на чашку, и тут же в ужасе замерла. — В смысле кофе? Тебе кофе?

— Постой, а почему это ты сказала «кондом»? — недоуменно переспросила Алекс.

Ханна боялась поднять глаза — на нее или на Тэру. А та от смеха буквально сложилась пополам.

Отрицать, все отрицать, мгновенно пронеслось в голове.

— Ничего подобного, — произнесла она вслух, стараясь вложить в слова, как можно больше достоинства. — Я не говорила никакого… хм…

— Кондома, — услужливо подсказала Тэра. — Разве ты не это слово произнесла?

— По-моему, именно это, — хмыкнула Алекс.

— Ничего подобного! — заспорила Ханна, оставив попытки сохранить лицо, потому что какое уж тут лицо?

— Сказала, сказала! — во весь рот безжалостно скалилась Тэра. — Ведь правда, Алекс? Она сказала «кондом»!

Губы Зака подозрительно подергивались.

— Спасибо, с удовольствием, — спокойно отозвался он и подул на дымящийся напиток. — И побольше, если не возражаешь. Э… я имею в виду, сахару.

И он одарил ее самой простодушной улыбкой.

Зак не знал, что и думать.

Он приехал в Авилу отдохнуть, прийти в себя после ранения, набраться сил и впервые за долгое время расслабиться. Сон, еда, восстановление сил. Снова сон. Такова его программа. А потом он снова покинет свой сонный городишко и вернется в Лос-Анджелес посвежевшим и способным хоть рок-н-ролл отплясывать. Готовым опять взяться за свою опасную работу.

Никаких привязанностей.

Но все это было до прошлой ночи. Хотя между ним и Ханной ничего не произошло, то была поразительная, исполненная немыслимой эротики ночь.

Дистанция, сказал он себе, надо держать дистанцию. Отвлечься, разыскать доску для серфинга, вспомнить неуемные мальчишеские годы. А пока — пойти прогуляться хоть вон до той сувенирной лавки, где к тому же подают мороженое.

Посетителей за столиками было немного, и Зак направился мимо них к стойке. К своему удивлению, прямо за ней он обнаружил стоящую на четвереньках Ханну, которая сосредоточенно проводила ревизию нижней полки. Рядом с ней, также на коленках, стояла молодая женщина со странными зелеными волосами.

— Этот фокус с голым телом… он не сработал, — говорила ей Ханна, извлекая из шкафчика какие-то припасы.

— Не может быть! Вы точно дали ему понять, что именно от него требуется? — забеспокоилась вторая девушка. — Я имею в виду, что мужчины обычно туповаты, им все надо разжевывать.

— Я тоже об этом слышала, — пробормотала Ханна, — но я так и не поняла, правильно ли я все делала. По моим позорным попыткам этого не скажешь. — Она разогнулась, усевшись на пятки, и сокрушенно улыбнулась. — Я подумываю бросить эту затею и смириться со своей вечной девственностью.

Хорошо, что Зак еще не заказал мороженое, а не то бы непременно проглотил его целиком.

— Вам просто надо попробовать еще раз, — добродушно посоветовала девушка с зелеными волосами, похлопывая Ханну по руке. — Вы такая умная, тонкая, славная. И хорошенькая. Поверьте, у вас все получится по высшему разряду.

— Я бы хотела, чтобы у меня хоть как-то получилось.

Кэрри засмеялась, а Зак просто застыл как изваяние, позабыв дышать.

— Может, вам стоит сменить объект? — предложила Зеленовласка. — Попробовать с каким-нибудь другим мужчиной?

— Мне нравится этот.

— Ну, тогда попробуйте иначе.

— Свежие идеи? — вновь загорелась Ханна. — Я всегда за хороший план.

У ошеломленного Зака не оставалось сомнений, что речь идет о нем.

— Вот, например, это платье на вас — оно очень выигрышное, — толковала Ханне собеседница. — Отличный, мягкий материал. Прекрасно облегает фигуру, подчеркивает все нужные места. Он уже видел вас в нем?

— Да, сегодня утром, но я не добилась той реакции, на которую рассчитывала.