Нельзя допускать, чтобы подданные так дерзко разговаривали со своим государем. Больше никаких пророчеств! Еще неизвестно, что взбредет Питеру из Понтефракта в голову в следующий раз. Его слово имеет слишком большой вес.

И король приказал, чтобы Питера вывели из темницы и повесили. Но сначала, в назидание другим «пророкам» и недоброжелателям короля, отшельника должны привязать к лошадиному хвосту и проволочь по земле к месту казни. А уж потом повесить на самой высокой виселице, дабы каждый мог извлечь для себя полезный урок.

Приказ короля был выполнен, а чернь, еще недавно прославлявшая Питера и называвшая его великим пророком, кричала и улюлюкала, чтобы угодить королю.

На противоположной стороне Ла-Манша Пандульф вел переговоры с Филиппом Французским.

— Вы должны распустить флот и армию, сир. О вторжении в Англию теперь не может быть и речи. Ныне это королевство — владение его святейшества, и, напав на Англию, вы совершите агрессию против святого престола.

Филипп был в ярости. Англия сама давалась ему в руки: слабый король, мятежные бароны, которые после первой же неудачи наверняка перебежали бы во вражеский лагерь. И вот одним-единственным ходом Джон, превратившись из самодержца в вассала, обрел несокрушимую силу и мощь.

— Я потратил столько времени и денег на приготовления! — вскричал Филипп. — Неужто все впустую?

— Вам все равно не добиться победы, если вы выступите против Рима, — ответил легат.

Филипп понимал, что это правда. Итак, его великой мечте осуществиться не дано. Какая досада! Всю жизнь Филипп бредил славой Карла Великого. Он хотел остаться в истории государем, который привел Францию к величию. Если б ему удалось покорить Англию, он превзошел бы всех своих прославленных предков. До цели оставался всего один шаг!

Но Филипп был реалистом. Он смирился с тем, что добыча ускользнула. Быть может, шанс еще представится. На этот случай Филипп не стал распускать флот и решил, что еще более укрепит свое войско. Завоевание Англии откладывается, но не отменяется вовсе.

Пандульф, успокоенный исходом переговоров, отправился в Рим и доложил папе, что миссия успешно выполнена.

Филипп же оказался в непростой ситуации, из которой нужно было как-то выбираться. Дело в том, что воины его армии засиделись без дела. Они рвались в бой, мечтая о богатой добыче. Каждый знал, что после завоевания Вильгельмом Англии многие нормандцы, даже самые бедные и безродные, стали в завоеванной стране богатыми землевладельцами. Теперь все могло повториться. Отказ от похода должен был подействовать на войско деморализующе.

Нужно убедить солдат, что речь идет всего лишь об отсрочке. А пока, чтобы они не томились от безделья, нужно их чем-нибудь занять. Любой военачальник знает, как опасно, когда солдаты предаются праздности. Это ведет к сварам, мятежу, кровопролитию.

Король созвал своих помощников и объявил им, что вторжение в Англию временно откладывается. Пока же армия отправится войной против давнего врага Франции — Фландрии, которая в последнее время ведет себя вызывающе.

Военачальники поняли короля без слов. Поход нужен, чтобы занять солдат делом.

Оставив флот в гавани, Филипп со всем своим войском двинулся на Гент.

Джон решил, что удача сама идет ему в руки. Поистине это судьба! Сначала удалось заключить мир с Римом и тем самым сорвать французское вторжение, а заодно приструнить баронов — теперь они десять раз подумают, прежде чем ссориться со слугой самого папы.

Мало того, теперь у Джона появились новые союзники: фламандцы, устрашенные французским нашествием, обратились к Англии за помощью.

Джон созвал на совет своих ближайших помощников во главе с Вильямом Маршалом. Кажется, представился прекрасный случай нанести удар по французам. Маршал тоже считал, что, раз уж армия все равно мобилизована, вполне можно помочь фламандцам в войне с французами.

Английский флот покинул гавань, и фортуна поднесла Джону поистине королевский подарок: оказалось, что французские корабли, нагруженные оружием и припасами, стоят на якоре безо всякой охраны. Есть там и сокровища, и драгоценные камни — одним словом, все, что понадобилось бы Филиппу в его новом королевстве.

Убедившись, что французский флот оставлен почти без охраны, англичане восторжествовали. Экспедиция во Фландрию была забыта — тут подвернулось дельце повыгодней.

Без труда справившись с матросами, англичане перегрузили на свои корабли добычу, а флот Филиппа подожгли.

То был настоящий триумф для Джона. Он ликовал, уверенный, что теперь все пойдет иначе. Зловредный Филипп будет посрамлен.

Без флота французский король не мог надеяться на вторжение в Англию, даже если бы решился пойти на конфликт с папой. Однако Джон не остановился на достигнутом — он решил помочь фламандцам на суше.