Так долго продолжаться не могло. Бароны роптали, да и простонародье уже жалело, что королем Англии стал Джон, а не Артур. В этой связи вновь и вновь возникал вопрос: что же произошло с Артуром? Многие не сомневались, что исчезновение Артура — дело рук короля.

Джон чувствовал общественное недовольство, но делал вид, что оно его не волнует. Пусть не забывают, кто в стране государь. А деньги — что ж, они нужны королю для того, чтобы бороться с внешними врагами. Не к лицу государю обращать внимание на всякие пустяки.

Бароны тайно встречались друг с другом, сетовали на пагубное состояние государства. Король был непредсказуем — то разворачивал кипучую деятельность, то впадал в апатию. Мог быть остроумным, живым собеседником, а в следующий момент превращался в обезумевшего от ярости монстра, находиться рядом с которым было опасно.

С годами сладострастие короля не угасло, а, наоборот, еще более усилилось. Он делался все менее разборчив. Его в равной степени привлекали и служанки, и жены знатных лордов. Если Джон желал заполучить какую-нибудь женщину, никто не смел ему перечить.

Вот какая история произошла с супругой барона де Веши.

Юстас де Веши верой и правдой служил Ричарду Львиное Сердце, сопровождал короля в крестовом походе. После смерти Ричарда барон присягнул на верность Джону, однако со временем убедился, что этот король очень мало похож на брата и отца.

Веши был одним из тех, кто осуждал короля за злодеяния. Будучи человеком смелым, он без конца повторял другим баронам, что мириться с произволом более невозможно.

Веши пользовался большим влиянием в Шотландии, потому что его жена Маргарет была незаконной дочерью шотландского короля Вильгельма Льва. Не раз Джон отправлял барона де Веши с посольством в Шотландию, ибо знал, что у Юстаса там обширные связи.

Как-то раз, гостя у Юстаса де Веши, король пожелал одарить вниманием его жену Маргарет. Барон побелел от ярости — неужто Джон думает, что ему дозволено домогаться добропорядочной женщины, да еще в присутствии ее мужа?!

Однако буйный нрав короля был Юстасу хорошо известен, и барон понимал, что находится всецело во власти тирана.

Юстас попытался перевести все на шутку, сделать вид, будто не верит, что Джон и в самом деле хочет обесчестить жену гостеприимного хозяина, к тому же являющуюся дочерью шотландского короля.

— Вы очень любезны, милорд, столь высоко оценивая мою супругу, — осторожно сказал он.

— Она настоящая красотка, — кивнул Джон. — Обожаю таких женщин. Этот тип мне хорошо известен. Я вообще отлично разбираюсь в слабом поле. У меня много практики, барон.

— Это мне известно, — ответил Юстас. — К сожалению, моя жена сегодня должна уехать — она обещала навестить своего отца.

Тем самым Юстас еще раз напоминал Джону, что Маргарет — дочь короля Шотландии.

— Ну, сегодня она не уедет, — отмахнулся Джон. — Ибо ночью я желаю видеть ее у себя в постели.

Юстас едва сдержался, чтобы не сбить Джона с ног ударом мощного кулака. Однако последствия такого поступка предугадать было нетрудно. Чем сможет Юстас помочь своей жене, если окажется в темнице, да еще с отрубленными руками и выколотыми глазами?

— Вы это твердо решили, милорд? — медленно произнес барон.

— Тверже не бывает, — злорадно улыбнулся король.

Он хорошо знал барона де Веши, человека ограниченного и начисто лишенного воображения. С точки зрения такого ханжи, внебрачные забавы — тяжкий грех. Его супруга из того же теста. Кроме того, сразу видно, что она до смерти страшится короля, а Джона это возбуждало. Вряд ли ей случалось делить ложе с кем-либо, кроме собственного супруга. Очень пикантная ситуация!

— Вряд ли вы ожидаете, милорд, что меня, мужа, ваше предложение обрадует, — молвил Юстас.

Джон не стал спорить:

— Возможно. Но ведь я не какой-нибудь барон, а ваш государь. Допустим, сосед пожелал бы отнять у вас часть владений — хотя бы этот замок. Вы, конечно же, стали бы с ним сражаться. Но если сам король решит, что этот замок должен принадлежать ему, а не вам, то вы, разумеется, будучи человеком разумным, не станете спорить. То же самое и с вашей женой.

«Он настоящее чудовище, — думал Юстас. — Неужто он полагает, что после этого я стану ему служить? Отныне он — мой злейший враг. Не успокоюсь, пока его власть не падет».