Но внешне барон сохранял спокойствие. Джон догадывался, каково лорду в эту минуту, и мысленно потешался. При всей своей храбрости и добродетельности барон понимал, что свобода и жизнь дороже, чем жена.

— Понимаете, Юстас, — продолжил король, — я решил оказать вам честь. Будете потом хвастаться, как понравилась королю ваша супруга. Если вам повезет, я даже оплодотворю ее королевским семенем. Представляете, какая для вас удача? В вашем замке будет воспитываться отпрыск самого короля.

Юстас сдерживался из последних сил. Выказать гнев означало бы подвергнуть себя смертельной опасности. Джон в зрелые годы стал еще более распущенным и жестоким, чем в юности. Он был способен на самый отвратительный, самый циничный поступок.

Поклонившись, барон попросил позволения удалиться. Он чувствовал, что больше не может находиться в обществе короля.

Перепуганная жена ждала Юстаса в опочивальне. Он велел служанкам удалиться и, обняв жену, рассеянно погладил ее по голове.

— Вы были с королем, — молвила Маргарет. — Когда он уедет?

— Только завтра.

Она передернулась.

— Я боюсь его!

— И правильно делаете, — мрачно заметил супруг. — Он имел наглость потребовать, чтобы вы провели с ним ночь.

— Он это потребовал?!

— Да. Сегодняшнюю ночь вы должны провести у него в опочивальне.

— Это невозможно!

— Вы же знаете, что это за человек. Замок битком набит его солдатами. Джон сделает так, как пожелает. Противиться ему бесполезно. У меня есть другая идея. Нельзя ли подложить ему в постель вместо вас кого-нибудь другого?

— Что вы имеете в виду?

— В замке наверняка найдется несколько женщин легкого поведения. Любая из них будет счастлива провести ночь в постели короля. Почему бы нам не попробовать?

— И вы думаете, Джон согласится?

— Конечно, нет. Но он будет считать, что это вы.

— Ах, Юстас, как вы умны!

— Нужно хорошенько все обдумать. Выберем женщину, похожую на вас, как следует ее вымоем, причешем, надушим… Должно получиться, как по-вашему?

— Он видел меня лишь мельком, — ответила Маргарет. — Скорее всего его внезапная страсть вызвана единственно лишь желанием вас унизить и оскорбить моего отца. Я уверена, что обман удастся.

— Непременно, — пообещал Юстас. — Скорей зовите шлюх, выберем одну из них и подготовим ее наилучшим образом. Мы должны будем ей все как следует растолковать. Я постараюсь посильнее напоить и посытнее накормить Джона. Он будет как в тумане. А рано утром вы покинете замок. Я сообщу вам, когда можно будет вернуться.

Не теряя ни минуты, супруги взялись за дело. Они выбрали одну из распутных женщин, волосы которой были похожи на волосы Маргарет. Женщину как следует вымыли, надушили духами, сделали ей такую же прическу, как у баронессы. Пока женщину обряжали в платье баронессы, она разыгрывала свою роль.

Спектакль был распутнице по душе, к тому же ей обещали щедрую плату.

Вечером Джон много ел и изрядно выпил. Справа от него сидела баронесса, слева — барон, все время наполнявший королю кубок. Джон жадно поглядывал на свою соседку, предвкушая забаву. На хозяина король поглядывал с нескрываемым удовольствием.

Поздно ночью Маргарет шепнула королю, что будет ждать его в опочивальне, и удалилась. Джон сонно кивнул и с улыбкой взглянул на Юстаса:

— Завтра поделимся с вами впечатлениями, дружище, — сказал он. — Уверен, что миледи понравится мне не меньше, чем вам.

Барон лично проводил короля к дверям опочивальни. В комнате было темно, в узкую щель окна едва проникал лунный свет. Разглядеть лицо женщины, лежавшей в постели, Джон не мог, но ему и в голову не пришло усомниться. К тому же он узнал прическу баронессы.

Захлопнув дверь, король ринулся к ложу. Будь он немного трезвее, его удивило бы, что чопорная баронесса столь охотно принимает его ласки.

Джон был очень доволен собой. Он преподал хороший урок баронам — пусть знают свое место.

На рассвете Маргарет покинула замок, а ночная подружка короля потихоньку выскользнула за дверь, почитая свою работу исполненной. Ей хорошо заплатили, а главное, она могла теперь хвастаться перед товарками, что спала с самим королем.

Джон проснулся поздно, вспомнил события ночи и громко расхохотался.