Вендела осторожно, большим и указательным пальцами, поднимает серебряную брошь с большим красным камнем. Даже здесь, в полумраке, заметно его глубокое горячее свечение. Как настоящий рубин.

Рубины, в Париже, думает Вендела. Откуда здесь, на Эланде, рубины?

Она прислушивается — все тихо. Она быстро сует брошь в карман.

На следующий день, возвращаясь из школы, она останавливается у камня и нащупывает в кармане платья брошь. Смотрит на камень, на пустые, круглые, отполированные ямки.

Смешно, ей ничего не приходит в голову, о чем она могла бы попросить эльфов. Ей уже почти десять, не может такого быть… у нее должны быть желания, но ничего не приходит в голову.

Путешествие в Париж?

Нет, надо быть поскромнее. Наконец она решает попросить эльфов, чтобы они помогли ей съездить в Кальмар — она не была на материке уже два года.

Она кладет брошь в ямку и бежит домой.

На следующий день суббота. Школа закрыта — в кои-то веки решили заменить камины в классах.

— Поторопись с коровами, — говорит отец за обедом. — И как подоишь, сразу переодевайся.

— А что?

— Поедем в Кальмар, к тетке. Поездом. Там и переночуем.

Случайность? Нет, конечно. Эльфы.

Но на этом надо было бы и остановиться.

Пер знал, что он должен позвонить в полицию в Векшё, но сейчас была очередь других звонков — разросшуюся семью надо кормить; чтобы кормить семью, нужны деньги, а деньги надо зарабатывать. После завтрака он усадил Джерри на веранде и заперся в кухне. Телефон, список номеров и вопросник.

Три сигнала. Мужской голос назвал фамилию. Пер покосился на список — все правильно. Он выпрямился и глубоко вдохнул — голос должен звучать энергично и убедительно.

— Добрый день, меня зовут Пер Мернер, я представляю предприятие «Интерэко». Наша компания занимается изучением рынка… Надеюсь, у вас найдется время ответить на наши вопросы — это займет минуты три.

На самом деле не три, а около десяти, но никто никогда не протестовал — либо сразу бросают трубку, либо отвечают. На часы никто не смотрит.

— А в чем дело?

— Я хотел бы вас попросить ответить на вопросы об одном сорте мыла. Вы ведь используете мыло в вашем хозяйстве.

Мужчина дружелюбно засмеялся:

— Редко, но бывает.

— Очень хорошо. Тогда я назову вам сорт мыла, а вы скажете, знаком ли он вам и когда и где вы с ним сталкивались.

Пер произнес название, медленно и внятно.

— Знаком, — сказал собеседник. — Видел рекламу в городе.

— Еще лучше. А можете ли вы в двух словах описать, что вы подумали, увидев эту рекламу?

Пошло-поехало. Марика год назад очень веселилась, когда узнала, что Пер стал работать телефонным интервьюером. Наверняка издевалась. Когда они познакомились, оба работали в отделе маркетинга, но Марика теперь уже шеф этого отдела, а Пер после развода ушел с работы. Впрочем, это решение зрело давно. Может быть, причиной тому был Джерри. Отец был настолько жаден до успеха и до денег, что Перу вовсе не хотелось идти по его стопам.

С другой стороны, телефонные интервью — свободная работа, он может делать ее где угодно и когда угодно, был бы телефон. Дело важное — уточнение имиджа того или иного продукта. Интервьюер должен постараться выяснить, чего бы хотелось покупателю, о чем он мечтает, — и в будущем эти сведения будут учтены в рекламе.

К началу одиннадцатого он обзвонил двадцать пять человек из списка и получил ответ от четырнадцати. Он положил трубку и потянулся, но телефон неожиданно зазвонил. Он взял трубку:

— Мернер.

Ответа не последовало, только странный звук, словно эхо в пустом зале. Какой-то крик, явно записанный.

— Алло?

Ответа не последовало, но крик повторился еще несколько раз.

Неверно набрали номер. Может быть, какой-нибудь товарищ по несчастью — другой телефонный интервьюер.

Он продолжал обзванивать потенциальных покупателей мыла до одиннадцати. Потом сделал паузу и сходил за кальмарской газетой «Барометр». Газета называлась утренней, но в Стенвик ее доставляли намного позднее.

Он пошел домой, перелистывая на ходу газету, — и остановился как вкопанный.