— Если вы, молодой человек, такой умный, то сейчас же отправляйтесь планировать операцию, чтобы больше никаких «таргаров» у нас тут никто не видел! — строго произнес бригадный генерал и прихлопнул ладонью по столу. — Что вы жуете губами, Гровс?

— Я, сэр, хотел лишь уточнить, а тот ли это клиент? Не мог он прибыть из другого округа?

— Не мог, полковник. Мы все проверили. Машины, которые противостояли группе лейтенанта Бонса, прибыли из «це-двенадцать». Так что клиент ваш, и будьте добры закончить начатое дело.

Начштаба поднялся, и все присутствующие тоже встали.

— Все свободны, кроме полковника Гровса.

— Я? — переспросил Гровс, дотрагиваясь до пуговицы на кителе.

— Да, Гровс. Вас я попрошу остаться.

Радостные, что все обошлось, лейтенант Чаусер и майор Штурмвуд выскользнули из кабинета, даже не оглянувшись на застывший силуэт своего начальника.

Представители «Шварцкау» также покинули помещение, а безупречный капитан вышел в приемную и закрыл дверь.

В кабинете стало тихо, было слышно, как старый компрессор прогоняет в аквариуме воздух.

— Джордж, вы нормальный парень из состава старших офицеров… — издалека начал бригадный генерал, подходя к полковнику. — Не лучше и не хуже других.

— Да, сэр. Спасибо, — промямлил Гровс, чувствуя, что еще немного, и он свалится в обморок. Он мог противостоять изворотливому и коварному врагу, он пресекал на корню посягательства на честь его отдела, однако, если совершал ошибку, чувствовал себя дерьмом. И, как следствие, терял способность врать, изворачиваться и держать минимально необходимую оборону.

— Джордж, я одобряю ваш вкус, мне и самому нравятся бабы вроде Сесилии…

Бригадный генерал вздохнул, а Гровс напрягся — сейчас вдарит!

— Но нужно соблюдать субординацию, понимаете? Ну что с того, что она платная шлюха? Если ее выбрал ваш боевой товарищ, а точнее командир дивизии генерал Сноук, нужно тихо сойти с дистанции, понимаете?

— Да? — произнес Гровс, имея в виду командира дивизии.

— Да, — ответил начштаба, имея в виду сойти с дистанции.

— Тогда я все понял, сэр! — обрадовался Гровс.

— Прекрасно, Джордж. Значит, мы поняли друг друга.

Со всех сторон звучала музыка, на фанерных лошадках повизгивали дети, за ограждением проносились десятки смазанных лиц, и Джек был счастлив как никогда, ведь он впервые в жизни катался на настоящей карусели.

А два дня назад они топали вслед за медленным конвоем, опасаясь, как бы противник не попробовал снова перехватить его. Лишь позже сопровождение усилили двумя «греями» второй роты и полной перезарядкой всех машин.

Водителям тягачей подвезли воду и горячие обеды, а также доставили десяток человек на замену тем, кто совсем выбился из сил.

Чем дальше к своим границам, тем меньше пилоты боялись десанта противника, но тем яростнее становись налеты лаунчмодулей. Арконы старались хоть как-то отомстить за свой провал, но три «грея» в прикрытии хорошо знали свое дело и резали налетчиков в воздухе.

И все же проблемы были — приходилось тушить подожженные тягачи, менять пробитые моторы, но в общем все обошлось, и конвой, практически без потери груза, добрался до городка.

Еще сутки Джек и лейтенант Хирш отсыпались, отъедались и «отмывали задницы», как любил выражаться Хирш. Потом к опухшему ото сна Джеку пришел капитал Хольмер и спросил, чего тот желает.

— Я вас с лейтенантом поощрить хочу, поскольку вы, мерзавцы такие, даже меня удивили, а не только арконов… Но сразу предупреждаю, Стентон, не требуй у меня куриную ферму в пределах нашего техпарка, это невозможно.

— Хочу два отпускных дня в городе с ночевкой в отеле! — воскликнул тогда Джек, вскидывая руки. Он был готов услышать резкий отказ, но капитан согласился.

— Хорошо, иди к своему командиру взвода и обрадуй его. Он будет тебе благодарен!

Не заметив подвоха, Джек действительно помчался в офицерский блок, без стука ворвался к Хиршу, и тот едва не подавился печеньем, которым всегда закусывал между завтраком и обедом.

— Ты чего, Стентон, с дуба рухнул?! У тебя что, курица твоя снеслась, что ты врываешься к своему командиру?!

— Сэр, прошу прощения, но я для нас с вами выпросил у Хольмера два дня в городе! — доложил Джек, предвкушая радость Хирша.