Пиликнул зуммер. Рация торчала из кармана куртки с нашивкой «Служба береговой охраны».

Ленечка вытащил ее из кармашка, включил и приложил к уху одного из парней. К уху – рацию, к глазу – автоматный ствол.

– Коська? Как служба, жопа? Все тип-топ? – жизнерадостно поинтересовалась рация.

– Х… Хорошо, – пробормотал Коська, пуча глаз на толстый ствол незнакомого оружия.

– Чё мямлишь? – поинтересовался его собеседник. – Чё там у вас, все пиво высосали?

– Убедительней! – прошипел Уж. – Догадается – пеняй на себя!

– Да я, это, непруха, короче! Глызя нас всухую делает, урод!

– А-а-а… Зато бабы любить будут. Слышь, Костик, там у вас на речке пароходик болтается прогулочный…

– И чего?

– Сходили бы к нему, поинтересовались: что да кто?

Ленечка энергично мотнул головой.

– Чего спрашивать? – буркнул Костик. – Это ж «Веселый». Ясно, братва гуляет. Им спешить некуда. У нас все под контролем.

– Ну гляди, – сказал его собеседник и отключился.

– Молодец, – похвалил Ленечка. – Как же это вы так облажались? Кораблик не проверили?

– Команды не было, – буркнул Костик. – Тем более Колбасу на реке каждый знает. Чего его проверять, он и так проверенный. Это пусть там, – он мотнул головой вверх, – разбираются, кого шмонать, а кого – нет.

– На дядю, значит, понадеялись, а дядя оплошал. Ладно, мы не в претензии! – Ленечка засмеялся. – Упакуй их, Сивый.

Через несколько минут связанный изысканным способом – руки к ногам – экипаж сторожевика потерял все шансы на реванш.

– Кто из вас везучий Глызя? – спросил Ленечка.

– Я, – буркнул парень с цветной татуировкой на плече.

– А доложи мне, Глызя, как у вас с матчастью? – поинтересовался Ленечка.

– Орудие не фурычит.

– А почему?

– Хренотень какая-то с механизмом. Башня не крутится.

– Понятно. А пулеметики?

– Нормально.

– Боекомплект?

– Полный.

– Это хорошо. Когда вас меняют?

– Послезавтра.

– Сивый, остаешься тут, на контроле. – Ленечка взял куртку с нашивками, накинул, не застегивая. – Уж, айда воздухом подышим.

Черные хоботки спаренных пулеметов четко выделялись на фоне звездного неба.

– Ага, – пробормотал Уж. – Кое-что ребята переделали.

Он ухватился за поручень… И замер.

– Ленечка, – прошептал он. – Глянь сюда…

В удобном кресле, которое какой-то умелец присобачил вместо сиденья стрелка, спал человек. Сладко спал, даже похрапывал.

– Вот это номер, – пробормотал Ленечка. – Он же нас в фарш размолоть мог.

– Не мог, – Уж усмехнулся. – Он же дрых.

Наклонившись к спящему, Уж гаркнул ему в ухо:

– Рота, подъем!

Парень аж подпрыгнул. Заполошенно завертел головой…

– Пех-хота! – пренебрежительно хмыкнул Ленечка. – Мальчик, ша! Никаких глупостев! – автоматный ствол уперся соне в подбородок.

– Вы… кто? – выдохнул парень.

– Служба обеспечения тыла! – гаркнул Ленечка, схватил его за рубаху и бесцеремонно сдернул вниз. – Давай, Уж, осваивайся, а этого я к остальным отправлю.

– Не надо меня убивать! – панически взвизгнул парень.

– А это уж как себя вести будешь. Пошел! – Ленечка пнул его под зад, задавая нужное направление.

Через несколько минут наблюдатель с «Веселого» увидел, как на сторожевике замигал фонарь.

Еще через пять минут, дождавшись очередного «прохода» прожекторного луча, команда Бессонова приступила к действиям. Снаряженный гранатомет удобно устроился на плече Монаха, а Череп примостился на баке с пулеметом.

– Начали! – рявкнул из громкоговорителя голос Бессонова.

Поворот выключателя – «Веселый» погрузился в темноту. Погасла не только иллюминация, но даже топовые огни. Смолкла музыка. Зато зазвучал пулемет, выплюнув длинную очередь трассеров. Главный прожектор погас. Дизель «Веселого» заработал на полную, катер взял круто вправо и быстро пошел к острову.

Спустя минуту взревел двигатель сторожевика. Бывший «пограничник», вспенив воду, ринулся «на перехват».

Карика разбудили выстрелы.

«Что за придурки? – подумал он. – Утром Рябому такой пистон вставлю…»

И попытался снова заснуть. И уснул бы, но кто-то пихнул Карика в бок.

– Убью! – пообещал новоиспеченный бригадир, не разлепляя глаз.

– Подъем, мудила! – заорал Рябой. – На нас напали!

– Кому мы на хрен нужны? – проворчал Карик, но сел и даже потряс головой.