Эй, красавица, ты без меня вовсе не скучаешь, что ли?

Ой, Мур…

Не ой-Мур, а ар-Мур вообще-то. Забыла или где?

Тебя забыть? Это превосходит мои возможности.

А чего тогда не поговоришь? Будто и не родная.

Тебе разве интересно со мной разговаривать?

Не особенно. Ты баба не шибко умная и вовсе неинтересная. Однако ты все-таки Аиллена, и это обязывает. К тому же тебе полезно тренироваться. Ущипни полукровку, чтоб не подслушивал.

она щипаться не умеет, уж с крыльями.

Я тебе обещал за ужа по заднице надавать?

именно по заднице не обещал. обещал, что получу.

Вот по заднице и получишь. А ну брысь из разговора. А то голова долго болеть будет. Я не только разговаривать на расстоянии умею, но и пинка давать. По мозгам. Хочешь? Не хочет. Умный парень у тебя, Аиллена. Ну, рассказывай, что интересного?

Сам узнавай. У нас разные понятия об интересном. Или ты на расстоянии не можешь?

Я не могу? Обижаешь. Так… ага… на войну посмотрела… это фигня, ничего не изменилось… на эльфов посмотрела, а любить их не перестала… это уже хорошо, потому что любить людей ты тоже не перестала даже после Трехмирья…

Я не могу всех любить.

Значит, не такая уж и дура, как мне казалось. Хорошо. Равновесие ты чувствуешь. Поняла, что ни люди, ни эльфы не правы.

Ой как трудно…

Трудно, оказывается. Отчего-то другие не понимают, даром что Странницы и считают, что обязаны равновесие поддерживать. Что там у нас… ах вон что… Значит, получилось.

Получилось – что?

Проникнуть в сознание какого-то эльфа. Испугалась?

Очень.

Привыкай.

Не хочу.

Привыкай. Это только начало. Могла бы уж и догадаться, что раз можешь с полукровкой разговаривать и полукровку чувствовать… Ага. Вот еще интересно. Ну, с этим потом разберешься, это не суть важно. А ты все-таки ничего баба. Обычно хуже бывают. Ну ладно. Ты давай тренируйся. Зови меня без амулета. Не бойся, рано или поздно получится. У тебя – получится. Привет полукровке. Гуляйте дальше.

Он исчез, как и не было. Шут смотрел под ноги и кривил губы, наверное, все-таки заболела голова. Милит безмятежно озирал окрестности, а Гарвин беспокойно оглядывался, не особенно понимая, что именно его тревожит. Он слышал отзвуки разговора, сообразила Лена. Если он учил Балинта проникать в сознание других, то ведь и сам умеет. Может, потренироваться с Гарвином? Может, он ее услышит?

Огненный смерч – вот то, что надо. От огненного смерча им никогда не убежать – медлительны, неповоротливы. С детьми воевать они шустрые, а вот с магами – не очень. Поэтому надо дать уйти детям и всем, кто может уйти, всем, кто остался еще в многострадальном городе. Эх, Вика, даже попрощаться с тобой не получилось. Ничего, ты поймешь, а даже если и не поймешь, лишь бы жива осталась…

Простите, друзья, мне нужна ваша сила. Все равно мы уже умерли, нам терять нечего, так что я забираю у вас ваши жизни, пусть лучше я погашу ваши искры, чем люди вспорют вам животы на потеху толпе. Только потому, что я самый сильный из вас. Я не для себя беру, для ваших близких. Был бы кто другой сильнее меня, я отдал бы свою искру. Но забираю ваши. Зато этот огненный смерч они будут помнить, пока еще существуют. Это ненадолго, конечно, потому что Трехмирье проклято, и эту суку, которая довела мой мир до такой крови, я еще найду и поквитаюсь. Любой ценой. Прощайте.

Дай мне силу огня, солнце…

Лена прикоснулась к руке Гарвина и тихонько спросила:

– Если просить силу солнца, огненный смерч получается сильнее?

Он кивнул.

– Намного сильнее. Насколько хватает глаз – стена огня.

– А мага выжигает?

– Мага выжи… Погоди, откуда ты знаешь? Откуда ты знаешь о силе солнца? Аиллена, ты… Ты…

– Они все погибли, да? Потому что ты забрал их жизненную силу?

– Они все погибли, потому что люди окружили нас, и если бы они прорвались, погибли бы еще тысячи.

– Разве я осуждаю?

– Конечно. Инстинктивно, но осуждаешь.

– А сознательно – нет.

– Никто бы из нас не выжил, Аиллена. И я не должен был.

Почему я еще жив? Они уже прошли – ни у кого нет ни оружия, ни ценностей… Не могут не обобрать мертвеца, стервятники. Почему не добили? Почему не уволокли на эшафот? Приняли за мертвого? Странно. Их маги обучены отличать живого эльфа от мертвого.

Ох, и не знал, что боль может быть такой сильной… Что там такое? О, Вика, ведь это ты спасла меня… твой медальон. Вика, ты меня слышишь? Вика… Неужели… Не успела. Прости. Я не смог. Они заплатят. Они очень дорого заплатят. И пусть у меня нет больше магии, она БУДЕТ. Я возьму ее у людей.