– Скажи это тем, кто мне кланяется при всякой встрече.

– Я сказал бы, да они не поверят. Ты, Аиллена, всего лишь женщина. Да, ты используешь то, что тебе дано, во благо, но тебя могут заставить и…

– Как? – вмешался шут, и тоже шепотом. – Ее сила зависит от ее желания. Как можно заставить пожелать чего-то?

– Ты у Милита спроси, – неприятно усмехнулся Гарвин. – А если на пути был бы не Владыка, а тот самый неведомый эльф? На нее очень легко воздействовать, потому что она любит. Тебя, Маркуса… Кариса и Милита. Так что тебе придется забыть о своем безрассудстве, полукровка. От тебя зависит слишком многое.

– У тебя язык отвалится назвать меня по имени? – проворчал шут, обойдя вниманием вопрос о безрассудстве. – Я уже начинаю привыкать к тому, что у меня есть имя. Не хочешь Рошем, зови шутом. Я не полукровка. Я человек.

– От этого ты не перестаешь быть полукровкой.

– Хватит, а? – попросила Лена. – Не дави на него, Гарвин. Он и так понимает.

Гарвин засмеялся, опустил глаза и признался:

– Давлю. И буду давить. И он прекрасно понимает, почему я это делаю. И буду делать.

– Ты видел нашу ауру.

– Я ее вижу и сейчас. Его и вашу. Это удивительно. Твоя судьба, полу… Рош, – быть с ней. Это однозначно.

– И без ауры знаю, – усмехнулся шут. – Я первого взгляда понял. Попробовал вот против судьбы пойти… Больше не буду. Клясться?

– Хватит клятв. Ты ведь клялся быть со мной, Рош.

– Не совсем так, – виновато улыбнулся шут. – Иначе я бы не дожил до сегодняшнего дня. Но да, по сути ты права. Лена, я тебя не оставлю никогда больше, пока жив, пока это от меня зависит. Буду с тобой в любом качестве. В любом.

– В любом – Милит, – вздохнул Гарвин, – а ты – как раз во вполне определенном. Аиллена, прости уж, но ему суждено быть твоим мужчиной. Может, будете разбегаться, искать радостей на стороне, только все равно будете вместе. Он без тебя не сможет. А ты без него. Мне о вашей ауре надо подумать, но вот что точно надо знать вам, а остальным не надо... Можете не шептаться, нас не услышат.

– И Владыка? – усомнился шут.

– Владыка не станет подслушивать. К тому же он не может не знать того же, что и я.

– Общая аура…

– Не общая, – перебил Гарвин. – Одна. Вы – нечто единое. Это я и хотел сказать.

– А мы знаем, – радостно засмеялся шут. – И она, и я. Правда, Гарвин.

– Вы знаете о любви… или как там вы между собой это называете. Или о судьбе. Вы – это нечто единое и в другом смысле. Нечто, могущее перевернуть мир. Так что, я думаю, Зеркало говорило именно об этом, а эльфы, Владыка и прочее – побочные мелочи.

– А Маркус тогда причем?

– А кто сказал, что в Зеркале отражался Маркус?

– Верховный маг.

Выражение лица Гарвина сразу все расставило на свои места. «Видал я вашего верховного… мага». Но если не Маркус, то кто? Милит? Лиасс? Или сам Гарвин?

– Не знаю, Аиллена, я не видел Отражения.

– А смог бы его истолковать?

– Истолковать? Не уверен. Но определить, кто Отразился, смог бы. Только люди не пустят эльфа к Зеркалу. Прости, Владыка, нам надо было поговорить наедине.

– Я помешал?

– Нет, мы уже… Собственно, я сказал, что хотел, а они пусть уж сами думают.

– Взгляни на ее брошь.

Лене стало даже неловко: трое мужчин впялились в золотую ветку, которая была приколота вообще-то на груди. Платье глубокого выреза не имело, но бюст подчеркивало – ой-ой, как-то умудрялись они шить так, что женщины казались куда стройнее, чем на самом деле.

– Да… – протянул Гарвин. – И я готов дать руку на отсечение, что это подарок полу… Роша.

– Полуроша, – серьезно подтвердил шут. – А что такое?

– Сколько ты за нее заплатил?

– Нисколько, – гордо ответил тот. – Я ее украл. Стащил. Спер. Свистнул.

Эльфы переглянулись.

– Кайл, посмотри, – позвал Лиасс, и теперь уже пристально рассматривали все, расталкивая друг друга локтями и тычась носами чуть не в грудь.

– Что-то чувствую, – сообщил Милит, – но не понимаю.

– А тебе и не положено, отец, – хмыкнул Кайл, – твое дело – молниями швыряться и войска строить. Это ветвь любви. Древний артефакт, как говорит Аиллена. Это не амулет. Я не знаю, что это такое. Следы иных цивилизаций, наверное. По легенде, ее нельзя купить – она непременно уйдет. Можно только подарить… или украсть. Ты украл и подарил.