— Кстати говоря, это не моя дочь.

— Хотите сказать, что она не входит в счастливую шестерку?

— Входит, но всего лишь потому, что состоит на моем содержании. Я же предупредил, что не все так однозначно.

— Какие сомнения? Разумеется, ребенок ваш. Леди Кэролайн сама в этом призналась. А ее отец рассказал моему дяде Эдмунду, что вы не отрицали сам факт прелюбодеяния, однако жениться отказались. Все горячо сочувствовали и… — Она заглянула в серьезные глаза Вильерса и осеклась. — О Господи! Так кто же настоящий отец?

Герцог пожал плечами:

— Понятия не имею. На самом деле я здесь вообще ни при чем, между нами ничего не было. Просто особа пребывала в крайнем отчаянии, и я решил, что, как истинный джентльмен, обязан сыграть роль в сочиненном бедняжкой сценарии.

— Наверное, она надеялась, что вас заставят жениться.

— Не думаю. Если бы она стремилась получить мужа, то обвинила бы кого-нибудь рангом пониже — того, кто клюнул бы на предложенное отцом богатое приданое.

— Значит, вас спас герцогский титул, — кивнула Джемма. — И все же вы героически приняли ответственность.

— Ничего героического, — сухо возразил Вильерс. — Я же отказался жениться. Всего лишь воздержался от констатации того факта, что едва знаком с леди Кэролайн. Она же, в свою очередь, отлично играла роль: на всех балах упорно прожигала меня трагическим взглядом, пока отец не увез шалунью в Канаду. А через несколько месяцев ребенка прислали в Англию, сопроводив компрометирующим письмом в мой адрес. Выхода не было; оставалось одно: признать чужого младенца.

— И вы даже не знаете, где сейчас мать?

— А с какой стати меня это должно интересовать?

— Оригинальная позиция.

— Вот так ребенок и попал в мой выводок.

— А кто же остальные жертвы невоздержанности? Продажные женщины?

Герцог нетерпеливо отмахнулся.

— Ваш ход, Джемма. Я твердо намерен выиграть. Кстати, шлюх среди них нет. Во-первых, я себя чрезвычайно уважаю, а во-вторых, в подобных связях велик риск подцепить дурную болезнь…

— Подробности излишни, — остановила герцогиня. — Если желаете, можете называть этих особ куртизанкам…

— Их положение в обществе не имеет значения, — подчеркнуто перебил собеседник.

Как Джемма и надеялась, герцог слишком увлекся разговором и не заметил, что оставшийся невредимым белый слон угрожал черному ферзю.

— Позвольте не согласиться. Что ни говори, а они воспитывают ваших детей. Трудно представить, что кто-то из этих особ учит малюток играть в шахматы. Зато девочки наверняка получают другие полезные знания.

— В действительности лишь один из отпрысков остается на попечении матери, — честно признался герцог.

— А что с остальными?

— Мой стряпчий обеспечивает им достойное воспитание.

— А вы не вникаете?

— Зачем? Считаете, что…

— Если бы у меня был ребенок, я бы знала, где он находится и чем занимается!

— Итак, в списке отцовских обязанностей уже два пункта, — вздохнул герцог. Он выглядел поразительно невозмутимым. Прежний Вильерс, которого, судя по всему, уже не существовало, давно бы поспешил прочь. — Во-первых, выяснить, где находятся дети, а во-вторых, обучить всех до одного древней мудрой игре.

— Полагаю, необходимо самому заняться воспитанием. Пару недель назад мы уже обсуждали этот вопрос. Правда, я думала, что речь идет всего лишь о двух малютках. — Джемма передвинула пешку и попыталась сосчитать, сколько ходов осталось до атаки на ферзя.

Герцог поднял голову.

— Тогда вы шутили. Надеюсь, что шутите и сейчас.

— Ничуть! Держитесь за пешку, потому что намерены сделать ход?

Он снова взглянул на доску, слегка нахмурился и переставил фигуру на соседнюю клетку.

— Дети должны жить с родителями. Это основной посыл правильного воспитания.

— Не говорите глупостей. У меня нет жены.

— А разве граф Балстон не воспитал дюжину внебрачных отпрысков?

— Граф Балстон был женат.

— И двое из детей по праву принадлежали ей. Дело за малым: найти вам супругу… правильную супругу.

— Такую, которая не станет возражать против плодов моей невоздержанности, потому что сама грешна?

— Урок пошел бы вам на пользу, — поучительно заметила Джемма и, заметив на лице гостя унылое выражение, рассмеялась.