– Не подкупал он меня ничем… если хотите знать, я его чуть не убила… спасибо, левой рукой ножи метаю немного хуже. А доказательство… вон. Парбин, посмотри на спинке левее. Он просто меня пожалел… и я за то ему благодарна.

Дверь давно захлопнулась, а они все так же остолбенело сидели, не в силах вымолвить ни слова. Какие тут к туглам слова, если самая стойкая и самая терпеливая из них призналась в непростительной слабости: ее пожалел трутень… тьфу, этот… мужик, и она не умерла от стыда, а так спокойно и гордо об этом говорит!

Аркстрид протяжно выдохнула, радуясь, что они в кухне только вдвоем, остальные позавтракавшие пошли в подвал готовить новые корзины под засев, весна еще не скоро, а грибы хоть и приевшаяся, но сытная еда.

И ринулась к указанному Урсой месту посмотреть доказательство. Однако Парбин оказалась проворнее и, восхищенно присвистнув сквозь зубы, уже щупала мозолистым пальцем глубокую отметину от метательного ножа. Слишком хорошо знакомую ей по тренировкам, чтобы бывалый воин не поняла сразу, с каким намерением был сделан бросок.

– Великие боги… – с отчаянием выдохнула Аркстрид, рассмотрев по очереди дыру в доске и лицо Бин, – ну почему я была так невнимательна?

– Не переживай… – так же убито откликнулась подручница, – не ты одна. Так она же молчальница… и виду не подавала… неужели я не могла ей помочь… или прижать ту маленькую бестию…

– Теперь только не вздумай ничего говорить девчонке! – испугалась Аркстрид. – Лучше проследи за ней, едва узнает, что Хир живет с демоном, начнет придумывать, как туда пробраться. Сама знаешь… зимой с малышами труднее всего… от скуки на стены лезут.

– Я им работу придумаю, – угрожающе протянула Парбин, – такую, чтоб к вечеру ноги не таскали. Тогда на шалости сил не останется.

– Попробуй, – без энтузиазма согласилась хозяйка и неохотно поднялась со скамьи, после еды спать хотелось просто неодолимо.

Работая в кузнице, Арсений не переставая думал о маленьком Хире, оставшемся в комнате. Само собой, пленник приладил на дверь крючок, сразу же после завтрака и прибил, заметив, как испуганно оглядывается мальчишка на каждый звук, раздавшийся в коридоре. Но потом сообразил, что это вовсе не выход. Не станет пацан все время сидеть взаперти, когда-то да придется выйти. И мать не сможет с ним находиться постоянно: как начинает выясняться, за всеми в доме закреплены строго определенные обязанности. Например, на Урсе лежал уход за собаками. Вначале их отпускали побегать, в любую погоду, а пока они гуляли, Урса ходила в подвал, где лежали заготовленные с осени кости. И если с двумя руками женщина управлялась довольно быстро, то теперь ей приходилось ходить несколько раз.

– Скажи своей новой напарнице, чтобы помогла, – предложил Арсений, собираясь в кузницу, но гренадерша только печально покачала головой.

Оказалось, Канкир, выбранная Урсой в подручницы, лучше всех умеет выделывать шкуры, а их после осенней охоты накопилось довольно много. И оставлять на потом эту работу никак нельзя: весной невыделанные меха начнут портиться. А с солью, как понял Арсений, в этой местности напряженка. Все соляные запасы расположены южнее, на занятых туглами территориях.

– Ну, давай тогда я тебе помогу, – предложил пленник, но Урса отказалась и от этого предложения, и снова у нее нашлись неопровержимые доводы.

Лишний раз сходить в подвал для нее не проблема, зато есть занятие. А потом она полдня мается угрызениями совести, глядя на подруг, которым ничем не может помочь: одной рукой не каждое дело можно делать.

– Ничего, – напоследок успокоила Арсения охранница, – уже недолго терпеть. Тулист мне руку немного подлечила, но она слабая ведущая. А вот Аркстрид отдохнет и вылечит окончательно, всего-то денек-другой потерпеть и осталось.

– А с чего это она так устала? – равнодушно хмыкнул пленник, и охранница попалась как мышка на сыр, сработала старая привычка защищать хозяйку от всех нападок.

– Так ритуал призыва сколько сил отнимает, потом стену запечатать, понимание вложить… – С каждым словом ее голос звучал все тише и неувереннее.

– Да не расстраивайся ты так, – пожалел Арсений охранницу, взглянув в ее донельзя несчастное лицо, – я и сам уже почти обо всем догадался… не пойду с ней ругаться, не бойся.

И поскорее выскочил из комнаты, опасаясь, что Урса рассмотрит в его глазах горячее намерение как раз набить кому-нибудь морду. Хоть самой хозяйке, хоть наглому трутню, без разницы.

Размеренный стук молота успокаивал и настраивал на спокойные рассуждения, а разговор с Гамират, которая ковку оружия и утвари перемежала с более легкими работами, навел на некоторые идеи.

– Хорошее дело сделаешь, – выслушав осторожное предложение демона, одобрила Гами, – только Урсу тоже позови… на всякий случай.

– А как же без нее, ведь она теперь моя охранница, – кивнул Арсений.

– Нет, не охранница… это неправильное слово. Подручница, это как друг и как защитник, тот, кто в бою рядом и из боя вынесет на себе, – поправила кузнец.