Гамират Арсений предложил самой пройтись по окрестностям и подготовить несколько вариантов размещения кузни. Канкир разрешил забрать под мастерские дальние сараи и велел следить, чтобы люди не простыли, можно ведь, пока прохладно, работать по паре часов, потом отдыхать.

Насчет охоты его вообще спрашивать нужно только в крайнем случае, все к Заримад. И вообще, к нему обращаться только по самым важным делам, и только руководителям. Со своими людьми все должны разбираться сами. Но самодурства и грубости допускать нельзя, хороший начальник тот, который никогда не повышает голос. Кстати, Заримад должна к вечеру порекомендовать ему воина на пост своего заместителя по лесному хозяйству, он хотел бы обсудить вопросы вырубки леса.

После этой речи гараны расходились сосредоточенные и хмурые: оказывается, повелитель вовсе не намерен каждый раз лично решать все самые мельчайшие проблемы, и это было довольно досадно. И как-то непривычно.

Художников Арсений нашел на веранде, возле резных диванчиков. Они с таким восторгом щупали тонкие завитки и рельефные лепестки деревянных цветов, что у землянина потеплело на сердце.

– Когда мы построим дома и все заживут в теплых просторных комнатах, людям захочется украсить свои жилища, – мечтательно произнес он вполголоса, – и вот тогда вы будете очень уважаемыми и нужными людьми. Но красивые вещи можно начинать делать уже сейчас, я буду награждать ими самых честных и работящих гаран. Подумайте, что вам нужно для работы, инструмент попросите сделать Гами, она недавно тут была, а дерево и камень добудут люди Заримад. Идемте, я покажу вам, какой камень встречается в ближних горах.

Поджидавший землянина в своем собственном кресле Аджарр едва успел набросить невидимость, когда дверь внезапно открылась и в спальню ворвался Сен в сопровождении двоих рыбаков.

– Смотрите! – Он с такой гордостью подал художнику кубок дракона, словно сам выточил эту изящную вещицу. – Красиво, правда?

Высокий немолодой рыбак, почти не дыша, рассмотрел чудесную работу, потом бережно поставил кубок назад и дрогнувшим голосом торжественно произнес:

– Принимаю твой путь.

– Обещаю, что он будет честен, – серьезно откликнулся Арсений и, помолчав, мягко произнес: – Идите на кухню, Харрис вас устроит и покормит.

Проводил их взглядом, оглянулся на опустевшие полки, где еще недавно лежали вещички Хира, и печально вздохнул. Все правильно, так будет лучше для малыша, со сверстниками он вырастет более общительным и коммуникабельным. А у землянина всегда останется возможность сходить с ним пообщаться.

– Я так и не рассказал ему обещанный секрет… – Задумчивый голос дракона, внезапно растерявший все грохочущие звуки, был непривычно тих и мягок. – Сходи, расскажи ты, пока есть немного времени. Сегодня нам нужно забрать людей раньше, мороз все усиливается. Так вот… про секрет. Те каменные крабы, одним из которых ты так удачно попал в Иннуман, имеют вкусное нежное мясо. На островах, в дельте реки, их очень много, но и тут хватает. В дождь они вылезают на поверхность, и сейчас можно набрать целые корзины. Чтобы краб не царапался, нужно поддеть острым предметом и быстро перевернуть, потом сразу бросить на него кусок тряпки. Он схватится всеми лапами – а вы его за тряпку и в мешок. Суп будет просто замечательный. И еще останутся очень крепкие тарелки… я слышал, Харрис расстроилась из-за мисок.

– Не из-за мисок, а из-за принципа… – направляясь к двери, пробурчал Сен. – Неприятно, когда за добро платят злом.

– Всякое событие имеет две стороны, – загадочно вздохнул дракон, – куда им было положить мясо, если съесть уже не могли… а вернуть назад не хватило духа?

– Сейчас мы все пойдем добывать мясо на суп, – загадочно объявил Арсений, едва войдя в холл, наполненный ребятишками, – надевайте старые одежки, там дождик.

Хир восхищенно взвизгнул, его друзья тоже оживились. Подопечные Кадира восприняли известие более прохладно, но спорить не решился никто. Все понимали, за этот прекрасный дом и сытный завтрак нужно платить. А чем еще могут они заплатить, как не трудом?! И они готовы были делать все, что прикажут, вот только немного переживали, сумеют ли справиться с новым делом. В старом поселке им давали самую грязную и однообразную работу: сортировать рыбу, потрошить, мыть и развешивать на просушку. Да еще распутывать и очищать от водорослей сети.

Поэтому с удивлением смотрели на старые короткие копья, врученные пришельцем самым старшим из мальчишек, и на несколько корзин, полных обрывками тряпок и клочьями нечесаной шерсти.

Но спрашивать ничего не решились, с неодобрением поглядывая на худенького малыша, так и сыпавшего звонкими вопросами.

– Сен, а мы пойдем бить нутриев? Или ловить медузов? А разве их можно есть? Нет? А кого тогда? А мы далеко пойдем? А Урса с нами пойдет? А Иннуман на чужаков сегодня ругалась, – тут голосок Хира опасливо притих, – сказала, чтоб никто не уносил миски в комнаты… А одна девочка уносила.

– Во-первых, не говори больше слово «чужаки». Они нам не чужие, раз мы их взяли в свой дом, значит, они теперь наши. А скоро возьмем и других. Говори просто – дети. Или – воспитанники Урсы. А Иннуман права: запасов в комнатах делать не нужно, в тепле еда быстро пропадёт, и у детей будут от нее болеть животы. Только не нужно на них ругаться, я ее попрошу, чтобы давала детям второй завтрак и полдник, и никто не будет уносить миски. Впрочем, сегодня каждый сможет сделать себе новую миску. – Предводитель хитро усмехнулся, а Кадир уныло подумал, что, похоже, работать придется целыми днями.

На берег они пришли очень быстро, и здешнее море просто потрясло рыбацких ребятишек. В основном тем, что лежало где-то внизу и сквозь серую морось был виден длинный изгиб ровного, как стол, пляжа. Никаких камней, скал и бурлящих среди них волн не было и в помине. И не только возле самого берега, но и дальше, сколько можно было разглядеть.

– Там, внизу, живут нутрии, – доверчиво сообщил Кадиру шустрый малыш, – очень много. Мы их теперь едим, вкусное мясо. А в море медузы, из шкурок Канкир делает пластинки для окон.