Шрифт:
— Очень умно.
— Я могу быть очень умным, когда возникает такая необходимость. Когда речь идет о том, чего я очень хочу.
Оливия с минуту смотрела на Стерлинга, раздумывая над смыслом сказанного. Однако выражение его лица осталось непроницаемым.
— Памятуя о твоем нежелании сопровождать меня в поездке, я чрезвычайно удивлена и вместе с тем польщена.
Граф тихо засмеялся.
— Удивленная и польщенная, ты — неожиданная награда. — Голос Стерлинга зазвучал серьезно. — Я же сказал, что сделаю все от меня зависящее, чтобы тебе помочь. И непременно выполню свою обязанность.
— Я очень тебе благодарна, — ответила Оливия, заставив себя улыбнуться. Ей совершенно не нравилось быть для Стерлинга всего лишь обязанностью.
— А вот и я. — В гостиной вновь возник сэр Лоуренс. — Мне в голову пришла… — В коридоре раздались голоса, и хозяин дома перевел взгляд на дверь. Его лицо тут же осветилось улыбкой искреннего удовольствия, и сэр Лоуренс словно бы помолодел на несколько лет. — Миллисент.
— Лоуренс Уиллоуби. — В дверном проеме возникла леди Уайлдвуд с маячившим у нее за спиной молодым стряпчим. Ее лицо так же осветилось улыбкой. — Какая приятная неожиданность.
Улыбка на лице хозяина дома стала еще шире.
— А уж как приятно мне, миледи.
Глава 12
Сэр Лоуренс порывисто пересек гостиную, взял руки леди Уайлдвуд в свои и поднес к губам.
— Вы красивы, как и прежде, Миллисент.
Миллисент? Стерлинг поднялся с дивана.
— А вы все тот же обворожительный Лоуренс, каким я вас помню.
Лоуренс? Стерлинг было настолько ошеломлен, что его рот открылся помимо воли.
Его мать склонила голову набок и улыбнулась, точно юная кокетка. Да что с ней такое?
— Как давно мы не виделись…
— Двадцать три года четыре месяца и несколько дней. — Сэр Лоуренс не сводил глаз с пожилой леди. — И эти двадцать три года четыре месяца и несколько дней тянулись для меня нескончаемо долго.
Леди Уайлдвуд рассмеялась, и Стерлинга поразил звук ее смеха — юный, свежий, завораживающий.
— Я думала, что увижу вас после смерти Чарлза, — произнесла пожилая леди.
Сэр Лоуренс поморщился.
— Я прислал свои соболезнования.
— И я очень благодарна вам за это. И все же я думала… что, когда закончится траур… Вы ведь приезжали в Лондон в последние десять лет?
Ради всего святого, что она хочет этим сказать?!
Сэр Лоуренс кивнул.
— Приезжал. Но не был уверен в том, какой прием мне окажут. Мне не хотелось быть навязчивым.
А что он хочет этим сказать?!
Сэр Лоуренс наклонился к уху леди Уайлдвуд, что-то тихо сказал ей, и она снова рассмеялась. Стоящий за их спинами Джозайя не знал, что ему делать: то ли напомнить о своем присутствии, то ли молча ждать.
Оливия также поднялась со своего места и, ткнув Стерлинга локтем в бок, тихо произнесла:
— Перестань на них таращиться.
Однако Стерлинг еще никогда не видел на лице матери такого выражения, как сейчас.
— Я не таращусь.
— Ты прав. Твои глаза мечут молнии. Перестань сейчас же. — Оливия бросила на графа осуждающий взгляд. — Это неприлично.
Выражение лица сэра Лоуренса было точно таким же, как у леди Уайлдвуд!
— Но ведь это моя мать!
— Верно. А вот этот человек, — улыбнулась Оливия, — очевидно, старинный и очень добрый друг семьи.
— Ничего об этом не знаю. — Стерлинг с трудом оторвал взгляд от пожилой пары. К счастью, его мать вспомнила о бедном Джозайе и представила его сэру Лоуренсу.
— Всегда неплохо знать наперед, с кем придется иметь дело. — В голосе Оливии прозвучали насмешливые нотки. — Это дает преимущество.
— Не смешно, — процедил сквозь зубы сэр Лоуренс.
— Странно, но меня вся эта ситуация забавляет, — усмехнулась Оливия.
Стерлинг откашлялся, привлекая внимание матери.
Леди Уайлдвуд улыбнулась сэру Лоуренсу и неохотно, словно бы не хотела его покидать, прошла в гостиную.
— Дорогой, ты не говорил мне, что джентльмен, с которым нам предстоит встретиться, сэр Лоуренс Уиллоуби.
— Уверен, я упоминал об этом, — ответил Стерлинг.
— Нет, не упоминал, иначе я бы запомнила. Подумать только. — Взгляд пожилой леди вновь переключился на сэра Лоуренса. — Мой дорогой друг Лоуренс поможет спасти нашу дорогую Оливию.
Оливия заметно напряглась.
— Миллисент, право, слово «спасение» вовсе не…
Стерлинг ткнул Оливию в бок и еле слышно пробормотал ей на ухо:
— Если он пожелает тебя спасти, не стоит возражать. Ведь это поможет обрести желаемое.
Брови Оливии сошлись на переносице.