– А тост? – спросил тот, разлив пойло по кружкам и наблюдая, как оно вот-вот будет опрокинуто собравшимися.

– Какой еще тост? – Фристоун окинул всех взглядом и добавил: – Мы же тут чтоб нажраться собрались, а не трепаться, как высокородные дегенераты. О новой мо-оде, о плохой пого-оде.

Реплика Фристоуна наложилась на общее настроение, и даже хмурый Джавандесора ощерился и одобрительно хлопнул сержанта по плечу.

Мэк опрокинул свою кружку и ложкой зачерпнул каких-то моллюсков, название которых до сих пор не смог выучить, ведь меню в столовой не подавали. Закуска из моллюсков получилась просто превосходная, деликатес начисто очищал гортань от гадкого привкуса водяры.

– А я все же предложу один тост, – Хатан заметно погрустнел.

Он закурил и жестом показал Джавандесоре, чтобы тот разливал по новой.

– У меня есть два жгучих желания. Первое из них – вырваться из этой вонючей дыры. Второе – это порезвиться с какой-нибудь обалденной милашкой. Чтобы исполнилось мое второе желание, надо, чтобы исполнилось первое. Но еще надо остаться живым и здоровым после той мясорубки, которую нам обещают эти бледножопые. Лично мне остаться живым, но без ног и кое-чего еще – хуже смерти. Я лучше прикончу себя, чем стану беспомощным калекой. Лучше помирать с мечтой, чем пускать слюни потом, как долбанный идиот. Либо все, либо ничего… Черт! Я столько лет не держал в руках женщину!

Хатан уставился в кружку, тщетно пытаясь найти в ней свое отражение. Небольшая полевая горелка едва рассеивала темноту в палатке.

– Я что-то увлекся. Короче, чтоб нам всем еще поваляться в постели с симпатяшкой.

– Хэ, тогда лучше с двумя! – загоготал Манорт, но никто не поддержал его.

Встретившись глазами с Хатаном, Манорт резко умолк и потупился.

В полном молчании была выпита вторая порция пойла. Слова Хатана навели всех на тягостные мысли. Рекруты думали над словами Хатана и разделяли их. Кому в этой империи нужен увечный, если он бывший раб-заключенный? Где взять деньги на регенерацию, чтобы возместить увечье? Но хватит ли у них духу покончить с собой, окажись они в подобной ситуации? Они пока не знали ответа на этот вопрос.

Словно почуяв нависшую атмосферу угрюмости, Шедан принялся рассказывать анекдоты. Мало-помалу компания оживилась. Да и ядовитый огонь разбавленного спирта немало поспособствовал разрядке напряжения. Понемногу разговоры обособились на отдельные и каждый новый стакан упрочнял этот процесс. Говорили, как и прежде, в полголоса, подсознательно каждый ощущал, при каких обстоятельствах они здесь собрались.

– О чем задумался? – спросил Мэк у ОўКонора, уставившегося в одну точку.

Тот среагировал только через несколько секунд. 'Профессор' повернулся и растянул губы в глуповатой улыбке. ОўКонор тщетно пытался сфокусироваться на Мэке стеклянными глазами.

– Ду… думаю о нишитах, – выдохнул он.

– А чего о них думать? – удивился сидящий рядом Вик. – Мы здесь, они там. Они думают, что загнали нас в резервацию, что превратили нас в послушный скот, который можно вести на бойню без проблем. Они стерегут нас, а мы в это время сидим и бухаем. Так что, мы их поимели. Вот им! – сержант сделал соответствующий жест руками.

Но его слова, кажется, не дошли до ОўКонора, который, судя по всему, был близок к отключке.

То, что сказал ОўКонор затем, заставило Вика посмеяться.

– Думаю, почему у них кожа белая?

– Так они же нишиты, высшая раса, – язвительно заметил Вик, – интересно, что б они пели, если бы рождались зеленокожими?

Мэк тихо посмеялся. Он прекрасно знал, что нишиты отнюдь не считают себя высшей расой. Скорей они превозносят своих предков, веря, что боги одарили их полезной мутацией. И в общем-то, они были правы. А вот рассуждения Вика он расценил как поверхностные и примитивные, словно этому верзиле не двадцать пять, а всего-то годков тринадцать.

– Не-е… – проскрипел ОўКонор. – Я не о том. Почему у них нет загара? У нас вот скоро руки и морды почернеют. А у них… к-кожа даже не краснеет под… воздействием ультрафиолета.

ОўКонора внезапно качнуло в сторону и, едва справившись с этим, он тем не менее не смог уберечь себя от заваливания на импровизированный стол. Мэк вовремя успел подхватить его.

– Перебрал, – ухмыльнулся Вик.

Мэк подхватил отрубившегося собутыльника и потащил к выходу.

– Смили, глянь, что там.

– Все чисто.

– Ты куда, Мэк? – спросил Хатан.

– Оттащу это тело к нему домой.

– А, давай, – махнул рукой Хатан. – Потом мороки меньше будет.

Вернувшись, Мэк застал Шедана за рассказами новых анекдотов. Фристоун и Манорт тихо о чем-то спорили. Постепенно их взаимный тон нарастал. Они уже успели обменяться испепеляющими взглядами. Мэк заметил, как Манорт осторожно взялся за собственный табурет. Мэк привлек внимание Хатана и знаком указал на разгорячившуюся парочку, готовую начать выяснение отношений. Теперь и Хатан заметил приготовления Манорта. Резко, но шепотом он гаркнул: