Лицо молодого человека показалось подругам смутно знакомым. Но откуда?

– Он похож на артиста Кожевникова, – прошептала Леся, и Кира обрадовалась такому простому решению этой загадки.

– Догадываетесь, кто это такой? – произнес между тем Лисица, с торжеством поглядывая на подруг. – Ручаюсь, что парень – это Валька, непутевый сынок Василия.

– Думаешь?

– Он! Конечно, он! А иначе с чего бы Василию держать у себя в квартире фотографию постороннего человека?

– Подумаешь, нашел ее на той же помойке, она ему понравилась, вот он и оставил ее у себя, как символ другой – лучшей и более красивой жизни, нежели та, которая есть у него.

Но Лисица с такой постановкой вопроса не согласился.

– Как же! – фыркнул он. – Станет Василий ставить на свой стол фотографии чужих людей из-за каких-то там возвышенных мыслей. Фотографию подарил ему сын!

– Ну а зачем Вальке дарить своему отцу фотографию? Они ведь с ним почти не общаются!

– Но деньги сын своему спивающемуся отцу дает? Значит, какие-то чувства к нему испытывает. Ну а где чувства, там и сентиментальная фотка на память. Сам он со своим отцом жить под одной крышей не желает. А фотку «поселил».

– Хм, – кашлянула Леся, которой внезапно стало до слез жалко и непутевого одинокого Василия, и его сына, и даже эту светловолосую девушку, смеявшуюся на фоне серебристого «Мерседеса».

И тут Лесе внезапно пришла в голову мысль:

– А вот эта машина… «Мерседес»… Лисица, ты сказал, что недавно Валентин ее продал?

– Продал.

– А вы не думаете, что она – эта машина – сейчас запросто может быть у какой-нибудь подружки нашего Вальки? Например, вот у этой самой крошки?

Мысль была хорошая. Но Лисица отреагировал как-то странно.

– А что, этот мерзавец Лаврик уже стал вашим? – неожиданно воскликнул он с чувством, очень похожим на ревность.

Подруги именно так и подумали бы, если бы совершенно точно не знали, что ни к одной из них Лисица не испытывает ничего похожего на любовь. А где нет любви, так нет места и для ревности.

– Наш, ваш, их! Какая разница! – заступилась за оговорившуюся подругу Кира. – Главное, что Леська подкинула нам замечательную мысль.

– И какую же?

– Через новую владелицу «Мерседеса» мы можем найти Валентина!

Лисица ненадолго замолчал. Чувствовалось, что мысль подруг тоже показалось ему дельной. Но все же Лисица был всего лишь мужчиной. А значит, сразу же согласиться с версией, которую предложила женщина, он не мог, просто исходя из сущности своей натуры.

– Ну, не знаю, – пробормотал он, – чушь какая-то! Вовсе не обязательно, чтобы Валентин перепродал свою машину какой-нибудь своей подружке.

– Почему же обязательно перепродал? Он мог ее просто подарить!

– Подержанное авто?

– А что тут такого?

И все равно Лисица делал вид, что он сомневается.

– Лично я так бы никогда не сделал! – заявил он наконец. – Либо новый автомобиль, из салона, либо бывший в употреблении, но обязательно – от чужих людей. Ни к чему передаривать любимой девушке обноски со своего плеча.

– Ну, и многих девушек ты осчастливил новым авто? – подозрительно поинтересовалась у него Кира. – Уверена, что ни одной!

– Мои подруги со мной общаются не ради каких-то там подарков!

– Да? Ну, а вот другие не настолько щепетильны. Если есть возможность сделать приятное подружке, почему бы и нет?

Но Лисица настаивал на своей позиции:

– Какой смысл дарить машину случайной девчонке? Ни благодарности от нее не дождешься, ни тем более чего-то более существенного. Сядет на подаренную машинку – и ту-ту! Только ее и видели, динамо-машину!

– Почему обязательно случайной? Возможно, это его постоянная пассия.

– Ну, а постоянной дарить машину вовсе глупо. Она и так может этой машиной спокойно пользоваться. К чему лишние хлопоты? Да еще тащиться в МРЭР, заморачиваться там с переписыванием тачки с одного хозяина на другого! Зачем это надо?

В словах Лисицы тоже присутствовал определенный здравый мужской смысл. И подруги это признавали. Но все же идти на уступки не желали:

– Это ты так рассуждаешь. А у Вальки могло быть множество причин, чтобы именно официально переоформить на подружку машину!

– И какие же?

– Какие?.. Да хотя бы уклонение от налогов. Чтобы потратить деньги, нынче нужно объяснить, откуда они у тебя взялись. А где мог найти такое объяснение Валька? Продажа машины за большие деньги – вот единственное подтверждение его доходов!