– Красивая картина, не правда ли?
– спросил мужчина в очках, стоящий рядом с ней.

– Да, - улыбнулась она в ответ.

– Вы знаете, я тут уже около двух часов, и я поражен каждой из них, - сказал он, придвигаясь к картине и повнимательнее приглядываясь к деталям.
– Я слышал, что художнице всего двадцать пять лет, и просто удивительно, что можно в таком возрасте рисовать столь проникновенные картины, словно бы...
– он пожал плечами, - ...словно бы она действительно встречала Ангелов.

Лика мягко и аккуратно положила руку ему на предплечье, привлекая внимание, и сказала, глядя в распахнутые глаза:

– Спасибо.

Мужчина издал удивленный возглас, но она не решилась что-то добавить или пояснить, а с улыбкой развернулась и пошла к выходу из зала.

Действительно ли она видела Ангелов? Нет. Вживую никогда. Но они существовали в ее сознании, в ее душе, внутри нее - Ангелы и Демоны, добрые и злые, счастливые и несчастные. И перенося этих созданий на холсты, она рассказывала о них людям.

Покинув выставочный зал, Лика зашла в служебный лифт и нажала кнопку. Она взглянула на свое отражение в широком зеркале, придирчиво рассматривая белую блузку, и случайно замечая пятно синей краски на серой юбке от делового костюма. Вот так всегда! Стоило надеть приличную вещь, как та сразу же оказывалась испачкана следами ее творчества. Она смахнула с лица пепельную прядь, щекотавшую нос, и глубоко выдохнула - недостатки в одежде совсем не повод, чтобы из-за этого расстраиваться.

Лифт остановился, и Лика шагнула в открытые двери, попадая в приемную апартаментов владельца "Модерн-холл", где ее встретила милая секретарша с золотистыми кудряшками и приветливой улыбкой.

– Добрый день, мисс Мун, мистер Свон вас уже ожидает.

– Спасибо, Тина. Как твои дела? Как семья?
– спросила Лика, неторопливо шагая к двери кабинета.

– Прекрасно, спасибо, мисс Мун.

Она кивнула, повернула ручку двери и зашла в просторный кабинет, встречая взглядом улыбающиеся зеленые глаза мистера Свона.

– А вот и наша красавица, - сказал он, поднимаясь с дивана и направляясь к ней. Мистер Эндрю Свон был невысоким пожилой мужчиной с добрым сердцем, но железной волей и деловой хваткой.
– Анжелика, дорогая, ты задержалась.

– Простите, - выдавила Лика виноватую улыбку ему и своему менеджеру - Бетси, которая кашлянула в сжатый кулак, чтобы скрыть довольную ухмылку.
– Не могла пройти мимо картин.

– Понимаю, милая, твоими творениями можно любоваться часами. Проходи, мы только что заключили хорошую сделку.
– Эндрю подвел ее к третьему члену их компании, которым оказался молодой, высокий мужчина в шикарном костюме, и который вежливо встал и улыбнулся, нагло, дерзко, вызывающе, так что улыбка отдавала фальшью и... Этот мужчина... По спине Лики пробежал холодок, и она сглотнула, прогоняя внезапную дурноту.

– Хочу представить тебе - Томас Смит.

– Мисс Мун, - произнес Томас.
– Рад знакомству.

Он протянул ей руку, и Лика перестала дышать. Этот мужчина был грешен, как сам Дьявол. Гордыня, ложь, разврат, алчность - это лишь то не многое, чем он мог "похвастаться". Лика не знала, откуда в ней взялось понимание всего этого, и уже давно не задавала себе подобные вопросы. Она просто это ЗНАЛА, чувствовала, видела... Вокруг Томаса клубилась чернота, вырываясь изнутри грязными щупальцами. Они пульсировали и меняли форму. А на ладони протянутой руки горело клеймо - витиеватый символ, изогнутая буква алфавита, который не знал ни один человек, начальная в имени Сатаны, и вокруг которой были рассыпаны крохотные знаки - печать Дьявола. И это все видела лишь она одна. Ее дар или ее проклятье?.. Она не знала, зато знала, что нужно с этим сделать. И не просто знала, Лику потянуло навстречу этой тьме, с желанием помочь, спасти, подарить...

Прикоснувшись своей ладонью к его, Лика сжала пальцы сильнее, чем было предусмотрено этикетом. Заглянув в ее глаза, мужчина быстро потерял фальшивую улыбку, не понимая этого жеста и наверняка что-то чувствуя. Внутри Лики вспыхнула искра белого света, который побежал по протянутой руке, от нее к нему, поглощая, разбивая печать, сплетаясь и смешиваясь с его чернотой, и даруя право на искупление. Глаза мужчины широко раскрылись, кожа побледнела, и он шумно втянул воздух.

– Томас?
– услышала Лика где-то далеко голос Эндрю.
– С вами все в порядке?

Лика отпустила руку мужчины, и машинально потерла ладонью бедро, пытаясь стереть колючий и липкий жар. Это было неприятно физически, но внутри разлилось светлое чувство радости от того, что она смогла помочь кому-то еще спасти свою душу. Пусть это и потребовало немало сил.

Бетси, ставшая частым свидетелем таких происшествий, уже стояла возле нее, подставляя для опоры руку.

– Томас!
– снова одернул его Эндрю.

Томас вздрогнул и, наконец, оторвал взгляд от лица Лики и посмотрел на мужчину. На лбу проступили капельки пота, которые он протер тыльной стороной ладони и поправил галстук, ослабляя узел.