Клэр стянула с него рубашку и повлекла к двери в конце комнаты. Он послушно последовал за ней, стараясь сдерживать свое желание, чтобы не спугнуть ее. И только когда в спальне она решительно стащила с него и джинсы с трусами, Мэтт осмелился снять с нее пижаму и, подхватив на руки, донес до кровати.

"Я люблю тебя. Я безумно люблю тебя", — думал он, крепко сжимая Клэр в своих объятиях.

Клэр не хотелось вылезать из кровати, она чувствовала себя в полной безопасности рядом с Мэттом. Только все это лишь иллюзия. Ей не стоило забывать, что для ее душевного спокойствия большей угрозы, чем Мэтт, и не представить. Ему не составляло большого труда разбить ей сердце.

Она заставила себя подняться и быстро натянула на себя попавшиеся на глаза джинсы и свитер. Как и следовало ожидать, пижама оказалась совсем не надежной защитой.

— Куда ты? — сонно спросил Мэтт, оторвав голову от подушки.

Едва прикрытый одеялом, со спутанными волосами, он выглядел ужасно сексуально, и Клэр с трудом поборола искушение залезть обратно в кровать, положить голову ему на грудь и еще немного поспать. Они могли бы снова заняться любовью, потом она бы проснулась в его объятиях и приготовила бы для него завтрак.

"Как долго я могла бы жить вот так, пытаясь прогнать сомнения? И ожидая того дня, когда он потеряет ко мне интерес?" — подумала Клэр с тяжелым вздохом.

— Прости, Мэтт, — пробормотала она. — Я не могу больше притворяться.

— О чем ты?

— Я не могу делать вид, что со мной все будет в порядке, когда это закончится. Через пару недель, может быть, месяцев ты от меня устанешь и тебе надоест игра, в которую ты со мной играешь. Я знаю, что ты потом бросишь меня, и я не могу спокойно ждать этого момента.

Глаза Мэтта сузились, он сел на кровати и провел рукой по волосам:

— Ты настолько уверена, что это закончится?

— Да, — прошептала она, почти не скрывая эмоций. Стараясь хотя бы немного отвлечься, Клэр принялась собирать одежду Мэтта и кидать ее на кровать. — В прошлый раз я могла себе сказать, что была наивной в силу своего возраста и неопытности. Теперь у меня нет никаких оправданий.

— Что ты хочешь этим сказать, Клэр? — Мэтт проигнорировал джинсы, которые упали рядом с ним. Он неотрывно смотрел на Клэр. — Ты не дашь нам шанса?

— Нет никаких нас, а потому нет и шансов. Между нами же ничего нет, кроме взаимного сексуального влечения. Ты считаешь иначе? — Она нашла один ботинок, но второго нигде не видела. Сердце у нее колотилось в груди, и она остановилась в ожидании ответа, сжимая в руках ботинок. Клэр ненавидела себя за то, что на какое-то время в ней проснулась надежда. Ей хотелось, чтобы Мэтт признался в любви и сказал, что годы разлуки были недоразумением. — Отличного секса мне мало. Я не могу игнорировать те преграды, которые стоят между нами, и делать вид, что мне достаточно того, что ты хочешь затащить меня в постель. Сексом жизнь не ограничивается.

Зубы Мэтта были плотно сжаты, а на лице — непроницаемая маска.

— Так, значит, для тебя это был просто секс? Да?

— Нет, никогда. — Клэр чувствовала, как слезы подкатили к ее глазам, и она повернулась спиной к Мэтту. — А вот для тебя, очевидно, это был просто секс.

— Очевидно.

Клэр смахнула слезы и присела на корточки. Отложив ботинок в сторону, она залезла под покрывало, сброшенное с кровати, в поисках второго.

— И я знаю, что, если мы снова начнем встречаться, ты опять разобьешь мне сердце.

— Разобью тебе сердце? Когда это я тебе разбивал сердце?

Она слышала, как он встал с кровати и стал одеваться, но боялась посмотреть в его сторону.

— Это ты бросила меня.

— Знаю, я ушла от тебя, но…

— Тут нет никакого "но"! — оборвал он ее. — Ты бросила меня! Так что не надо меня обвинять в том, будто я разбил тебе сердце. Ты решила разорвать наши отношения и сделала все, чтобы поставить в них жирную точку.

— Верно. — Голос у нее был грустным. — Но когда я уходила, я не думала, что это навсегда.

— Значит, ты планировала надо мной поиздеваться, да? Поразвлечься с Митчем, покататься на его мотоцикле, а потом вернуться ко мне, когда тебе надоест?

Клэр удивленно подняла глаза, пытаясь понять его слова.

— С Митчем? — переспросила она и тут же вспомнила о том, сколько лжи она наговорила Мэтту, уходя от него. Так звали парня, которого она выдумала, чтобы убедить Мэтта в серьезности своих намерений. Это было имя, которое случайно появилось у нее в голове в тот момент. — Не было никакого Митча. Никакого парня у меня тогда не было.