— Ты должен понять одну вещь, Кайл, — сказала Клэр, остановив машину около дома Уолстедов. — Если он не захочет тебя видеть, то это, скорее всего, будет связано не с тобой, а с тем, как он относится ко мне и к своей семье.

Подумав некоторое время, Кайл кивнул и стал вылезать из машины, но потом обернулся и обнял ее:

— Тетя Клэр, я не хочу, чтобы ты думала, что мне обязательно нужен кто-то еще, кроме тебя. Я тебя очень люблю.

— Знаю. Знаю, дорогой мой, — ответила Клэр, обнимая его и пытаясь остановить накатившие слезы.

Она помнила, что то же самое мальчик сказал о своих родителях, когда заподозрил, что Виктор Баллард является его биологическим отцом.

Клэр проводила Кайла взглядом до самого дома и, только когда он скрылся за дверью, завела мотор. Главное, что у Кайла есть любящие родители. Он прекрасно обойдется без Мэтта Балларда в своей жизни, если тот не захочет его признавать.

"Как я смогу жить без Мэтта, это уже другой вопрос", — мрачно подумала она, разворачивая машину в обратном направлении.

Мэтт так и остался сидеть на пороге, что ее не удивило. Клэр не думала, что он сможет уехать после того, как узнал о существовании племянника. Ничего не говоря, она открыла дверь и пропустила Мэтта в дом. Как только они оказались внутри, он резко схватил ее за руки.

— Почему ты не сказала мне, что у меня есть сын? — спросил он.

Клэр не сразу догадалась, что имеет в виду Мэтт.

— Этот мальчик — мой сын.

— Кайл? — переспросила она, пытаясь освободить руки из крепкой хватки Мэтта.

— Не лги мне!

Он еще крепче сжал ее и слегка потряс. Глаза его сверкали.

— Но Кайл не твой сын, — запротестовала Клэр.

Мэтт оттолкнул ее и отвернулся. Опустив голову, он запустил пальцы в волосы.

— У него глаза Баллардов… и твой подбородок, твои губы.

Голос у него был низким, даже хриплым.

Только тут Клэр осенило, и она поняла, о чем думал Мэтт.

— Ты решил, что я — мать Кайла?

— Нет смысла это отрицать. Мальчик сам мне сказал, что его усыновили.

— Это действительно так, его усыновили, но он не мой ребенок, — повторила Клэр, но до того, как она смогла объяснить ему ситуацию, Мэтт резко развернулся к ней.

— Совершенно очевидно, что он твой сын. Наш сын. — Он сделал шаг в ее сторону, но потом остановился и спрятал руки в карманы, как будто боялся, что прикоснется к ней. — Если ты узнала, что забеременела, после того как ушла от меня, ты обязана была мне обо всем рассказать. Особенно если решила отказаться от него!

Возмущение охватило Клэр.

— Значит, по-твоему, все было именно так?

— А ты что, будешь это отрицать?

— Да! Отрицаю! О боже! — Она обхватила себя за живот и нервно сглотнула. — Я не могу поверить, что ты мог прийти к таким ужасным выводам. Ты увидел Кайла, заметил, что он чем-то похож на тебя, и за пятнадцать минут моего отсутствия решил: "У Клэр ребенок, и она от него отказалась, ничего мне не рассказав".

— Много усилий на это, поверь, не понадобилось. Не забывай, что все считают меня умным.

В полном замешательстве от его обвинений, Клэр не могла подавить своего негодования. Из-за охватившего ее шока она даже не могла ничего толком ответить ему.

Вероятно, приняв ее молчание за подтверждение своих слов, Мэтт продолжил:

— Тем утром, когда ты сказала, что мы не готовы к большому разговору, ты не шутила!

— Абсолютно точно, я не это имела в виду. Уверяю тебя, — взвилась Клэр.

— Ты хочешь сказать, что даже не собиралась рассказать мне о Кайле?

— Что ты хочешь, что бы я тебе ответила, Мэтт?

— Я хочу, чтобы ты признала, что Кайл — мой сын.

— Не смеши меня. Я не собираюсь признавать этого. — Клэр сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться, чтобы гнев и ярость, которые в ней кипели, не мешали ей трезво мыслить. Ей было не понять, как Мэтт может быть такого мнения о ней, чтобы считать, что она отказалась от собственного ребенка. — Все было совершенно по-другому.

— Скорее всего, ты поняла, что беременна, еще до того, как ушла от меня. Ты запаниковала, когда узнала, что ждешь ребенка. Ты знала, что не любишь меня по-настоящему, и не хотела ничего мне рассказывать. Тебе было проще убежать и скрыть все от меня.

— Боже! — невольно вырвалось у Клэр, и голос ее задрожал от нахлынувших снова эмоций. — За кого ты меня принимаешь? Вот, значит, какого ты обо мне мнения!

Мэтт отвернулся, словно был не в силах даже смотреть на нее, затем подошел к окну и остановился около него, скрестив руки на груди.