– А кто там в кабинках? Чем они занимаются?

– Там помощники Принца. Эти кабины – нейроприемники, связанные с инфонетной средой, и в то же время эмиттеры, передающие информацию в модулятор. Специалист создает ментальную структуру, модулятор принимает ее и фиксирует в виде стационарного мыслепакета. Это может быть произведение искусства, разум робота или ментальный инструмент.

– Какой? – Павел выудил из воздуха кружку с чем-то дымящимся и пахучим, видимо с пандрой, и сделал глоток. – Хм-м… Недурственно!

– Например, ловушка Григса, – сказал я. – Вы ведь интересовались этим модулем, Принц?

– Интересовался опытом применения старого модуля, – подчеркнул он и, многозначительно усмехнувшись, добавил: – Однако есть новый, нашей оригинальной разработки. Доминик!

Алые огни над одной из сфер погасли, и ее половина, обращенная к нам, растворилась в воздухе. Доминик выскользнул из невидимых объятий гравикомпенсатора и, не снимая интерфейсный обруч, подошел к нам и отвесил два коротких поклона.

– Долгожданные гости! – Его голос в самом деле можно было перепутать с голосом конструкта Бракенберри. – Давешний психолог-чудодей и сам Ливиец! Вижу, мы не опоздали с этим разговором. Когда собираетесь в очередное погружение?

Принц слегка поморщился:

– Не торопись, Доминик. У наших гостей – точнее, у одного из них – наверняка имеются вопросы. Так? – Он уставился прямо на меня.

– Так, – подтвердил я. – Кажется, сегодня вы не намерены говорить загадками, а потому начнем с одной из них – с той, что была загадана при нашей первой встрече. Вы сказали, что я – человек, оказавшийся в нужном месте в нужное время. И что это значит?

– Мы нуждаемся в испытателе, Ливиец. – Кажется, он впервые так меня назвал, и это, очевидно, было знаком доверия. – Я расспрашивал вас о том, была ли когда-нибудь задействована ловушка Григса, и вы ответили, что данных об этом нет. То ли действительно ее никто не использовал, не желая этого или боясь, то ли инцидент остался в тайне… Нас такое не устраивает. Как всякие исследователи, мы хотим проверить свою разработку. Она практически завершена, и это значит, что нужное время наступило. И есть нужный человек – вы! – Сделав изящный пируэт рукой, он закончил: – Вам ясна моя логика?

– Не совсем. Желание проверить свой инструмент мне понятно, но при чем тут я, Гинах, наши исходные записи и мои ливийцы?

Теперь он глядел на меня словно на ребенка, не прошедшего второй мутации.

– Кто может проверить модуль аварийной транспортировки, кроме психоисторика? Кроме специалиста, который путешествует в прошлое? – Пауза. – Но случайный человек мне не подходит. Испытатель должен отвечать неким требованиям, и, чтобы определиться с этим, я хотел бы вступить в контакт и выяснить его… э-э…

– Подноготную, – вставил Павел, выпустив из пальцев пустую кружку и наблюдая, как она тает в воздухе. – Примерно то же, чем занимаюсь я сам.

– Вот именно. Лучше всего это сделать, ознакомившись с личными записями. В мниможизни психоисториков бывают критические ситуации, и поведение в такой момент…

– Не продолжайте, все понятно, – я поднял руку. – Но есть другие способы знакомства – сведения в Инфонете, личная беседа и, наконец, ментальная связь.

– Данных Инфонета недостаточно, беседа полного представления не дает, а что касается ментальной связи, то я не расположен к ней. – Он коснулся обруча на голове. – Я не открываюсь всем и каждому и не требую того же от других. Но беседы, разумеется, необходимы, ибо они помогают отсеять заведомо неподходящих. Таких, как Гинах, – добавил Принц, помолчав. – Хотя он, вы и еще трое-четверо, находящихся сейчас в погружении, единственные, кто разбирается в ливийской проблеме.

– Проблемы нет, – сказал я. – Есть планомерное научное исследование, к которому вы питаете интерес. Почему? Почему ливийцы, а не индейцы тотонаки, не древние монголы или племена кикуйю?

– Укромные места и малонаселенная территория, – подал голос Доминик. – Помимо того, достаточно древняя эпоха и…

Принц кашлянул, и его ассистент смолк.

– Все это верно, но главное в другом. Главное все-таки в вас, Ливиец! Если бы я мог сам провести этот цикл испытаний… – Сожаление промелькнуло в его глазах, затем он усмехнулся. – Я могу довериться лишь человеку, с которым ощущаю родство душ. Человеку, подобному мне – очень надежному, а кроме того – упрямому, несговорчивому, самолюбивому… Да-да, вы именно таковы, клянусь Носфератами! И потому я вам доверяю.

Признаюсь, я был ошеломлен.

– Благодарю за комплимент. Однако…

Павел, будто успокаивая, положил руку на мое плечо, затем покосился на мерцавшую в центре зала колонну и негромко произнес:

– Обращаю ваше внимание на то, что выяснение отношений ведет к потере сути. А суть такова: что за новый модуль? В чем его отличие от предыдущего? В чем состоит испытание? Задаю эти вопросы как лицо заинтересованное, ибо собираюсь, так сказать, погрузиться в прошлое вместе с другом Андреем. Одно тело, две души, а тут еще ваш ментальный инструментарий… Не тесно ли будет?