— Я ничего не понял из того, что вы тут сказали, — при знался я. — Но если вы и впрямь идеальные…

— Совершенные, — поправил старик.

— Да, те самые Совершенные, которым было поручено хранить Грааль, то какого же… Почему вы не вмешались, когда чаша оказалась у Жеводана?! Это была ваша обязанность, а не моя, а отдуваться пришлось именно мне…

— Мы не могли нарушить главный принцип нашей веры: непролитие крови. Даже перед лицом смерти наши собратья отказывались пролить кровь невинного существа. Когда крестоносцы предложили выбирать оставшимся в живых защитникам замка либо перерезать горло собаке, либо идти на костер, они все отказались… И все, все 257 человек были сожжены заживо. Мы не могли нарушить этот закон. Это означало бы нарушить главные постулаты нашей веры и осквернить память наших собратьев. А Жеводан не отдал бы Грааль без боя…

— Признаться, я очень сильно сомневаюсь, что кровь Жеводана — невинная, — съязвил я. — Но как бы там ни было, а кубок вы не получите. Не обессудьте, дедушки, но у меня он будет сохраннее, хоть я и далеко не Совершенный… Лучше скажите мне вот что: это правда, что если из него… м-м… отпить, то…

— Да, правда, — подтвердил старик, ничуть не огорчаясь моим отказом вернуть кубок. — Волею рока вы получили бессмертие, Страж. Судьба сама лепит вас, придавая ведомые ей одной формы… Вы знаете, что в ваших жилах течёт кровь древних воителей?

— А отделаться от этого «подарка судьбы» никак нельзя? — с тоской спросил я. — Я не хочу быть бессмертным. Честное слово, мне это не нужно…

— Увы — вам предстоит нести данную вам судьбой ношу. Судьба выбрала вас, чтобы ваша воля и ваше мужество охраняли этот город от злых сил… Помните, вы бросились вслед за чашей, не давая ей кануть во мраке бездны? Не магия толкнула вас рисковать за неё жизнью, а зов вашего сердца, зов, звучащий в вашей крови из далеких времен, когда ваши предки бились на стороне Света. Пока вы ещё не осознали всей полноты вашей ответственности, и потому судьба лишь использует вас. Но вы будете крепнуть, набирать мощь и наконец вступите в силу. Да, это нелегкая ноша, но силы Света укрепят вас. Вы — избранник этих сил, поставленный ими на рать с порождениями зла.

— Вот этого-то мне как раз и не хочется, — вздохнул я. — Совершенно не хочется. С меня хватило и ночного эпизода…

— Это было лишь начало, — «утешил» меня старик. — Здесь от вас ожидались лишь мужество и отвага, порождённые зовом предков к борьбе. Пока что вы лишь игрушка в руках судьбы… Неужели вы так и не поняли, что произошло? Вы же заменили магические свечи той ночью, в зале, помните? Эти свечи были изготовлены специально для ритуала, и в их состав входили такие страшные компоненты, как… Впрочем, вам лучше этого не знать. Во всяком случае, вы их самым банальным образом спалили. А ваше беспристрастное вмешательство в ход дела невольно заставляло Жеводана торопиться с подготовкой к обряду. И он допустил ошибку. Одну маленькую, казалось бы, незначительную ошибку — оказался невнимательным на какой-то краткий миг… Но этого мига хватило, чтобы разрушить сложнейший обряд и направить потревоженные им силы против него же самого. Отдать его душу тому, кого он столь опрометчиво вызвал из глубин холода и мрака, не сумев оградить себя магической преградой… Все это было предопределено заранее, и нам не было нужды вмешиваться в то, что должно было свершиться и так… Это было лишь начало вашего шествия, Страж. Первое «крещение боем». Город закаляет вас, готовит к настоящим схваткам, к настоящим битвам. У вас ещё все впереди…

— Стоп! — вскочил я со стула. — Хватит! Я даже слушать об этом не хочу! Я-то старался, пыжился, рисковал, а оказывается… мной просто играли! Меня использовали! Я был там нужен как… Как «побочный эффект»! Все превосходно обошлось бы и без меня, но какому-то «провидению» потребовалось использовать меня в качестве «молотка», которым вонючее и уродливое чудовище стучало по стенам, чтобы испугать Жеводана и поторопить его, сделав неосмотрительным! Очень приятно это слышать… А почему вы сами не взяли кубок из тайника? Стащить-то вы его могли? И никого убивать бы не пришлось…

— Мы убивать не можем, — развел руками старик. — Но как вы считаете: заслуживает Жеводан жизни и могущества? Представьте, что бы он мог ещё натворить, останься он в живых…

— А-а, — протянул я, — вот в чем дело… «Мы убивать не можем, давайте-ка это сделаете вы». Нет, папаши, спасибо, но этот номер не пройдет! Я больше пальцем не пошевелю, чтобы сделать хоть что-нибудь, связанное с магией. Никакого «вступления в силу» и никаких «Ариманов» и «Одинов» не будет!.. Грааль вы тоже не получите. Пускай лежит в сейфе. А кроме того…

— Русаков! — послышался недовольный голос из коридора. — Русаков, подойдите-ка сюда!..

— Ого, кажется, нелегкая начальство из РУВД принесла, — нахмурился я. — Все, дедушки, спасибо за консультации, но мне пора. Всего доброго.

— Мы только хотим сказать напоследок… — начал было старик, но его прервал властный голос из коридора:

— Русаков! Я долго буду вас ждать?!

— Одну минуту, — сказал я старикам и выскочил в коридор. — Здесь я, здесь! Кому я нужен?..

Коридор был пуст.

— Эге-гей! — крикнул я. — Кому я нужен?.. Кому нужен Русаков?

— На фиг ты никому не нужен, — выглянул из соседнего кабинета заспанный Бирюков. — Что ты орешь?! Я всю ночь дежурил, только под утро вздремнуть удалось, а ты…

— Кто меня звал? — спросил я его. — Проверка из РУВД приехала?

Бирюков покрутил пальцем у виска и, буркнув: «Закусывать надо», скрылся в кабинете.

— Что за чертовщина? — удивился я, — Я же слышал, как кто-то…

И тут до меня дошло. Я стремглав бросился в кабинет, но, как и предполагалось, там уже никого не было. Сейф лениво поскрипывал медленно закрывающейся дверцей. Подскочив к нему, я провел рукой по полке и громко выругался… Чаша исчезла.