– Мирт – тот парень, который скачет за нами, ответил бы вам на этот вопрос, но, боюсь, его слова не понравились бы вам, – промолвил он.

Элспит прикусила язык. Она не ожидала такого поворота событий. Какой же глупой и наивной она была! Ночь, безлюдная местность, она и трое мужчин… Элспит охватил ужас. Теперь Ромен Корелди казался ей единственным другом, который мог бы вступиться за нее.

Лотрин как будто прочитал ее мысли.

– Не бойтесь, вас никто не тронет, – сказал он. – По крайней мере сейчас.

– А потом? – вырвалось у Элспит.

– А потом с вами поступят так, как прикажет Кайлех.

Элспит оцепенела. Кайлех! Король горцев! Его имя было окутано легендами, о нем ходило множество самых невероятных слухов. Никто в Йентро не видел его, хотя поговаривали, что он вместе со своими людьми часто проникает сквозь кордоны моргравийских воинов, охраняющих входы в приграничные города. Горцы не причиняли горожанам никакого вреда, и поэтому местные жители перестали бояться их. Более того, горцы тратили много денег в тавернах, на рынках и в лавчонках, и торговля в приграничных районах процветала. Люди гор привозили нужные моргравийцам товары – кожу, меха, посуду, драгоценности.

– Значит, Кайлех – не легенда, он действительно существует, – пробормотала Элспит.

Лотрин фыркнул.

– Можете в этом не сомневаться.

Уил медленно приходил в себя. Голова гудела от полученного удара. Глядя в ночное небо, он поежился от пронизывающего холода. Его бросили на землю у небольшого костра со связанными руками и ногами. Повернув голову, Уил увидел сидевшую рядом Элспит. Девушка пила что-то из большой кружки. Глубоко задумавшись и не замечая ничего вокруг, она смотрела с отсутствующим видом в огонь. До слуха доносились приглушенные мужские голоса. Он не видел похитивших его людей и не знал, сколько их.

Уил зашевелился, и Элспит, выйдя из задумчивости, перевела на него взгляд.

– Наконец-то вы пришли в себя.

– У меня голова раскалывается от боли, – сказал он и почувствовал, что к горлу приставили острие клинка. – Уберите оружие, у меня нет сил сопротивляться.

Меч тут же убрали, и чьи-то сильные руки привели его в сидячее положение.

– Выпейте вот это, – сказала Элспит, протягивая ему кружку. – Кстати, познакомьтесь, этого человека зовут Лотрин.

Перед глазами плыли круги. Сосредоточившись, он сумел разглядеть стоявшего перед ним высокого широкоплечего мужчину, лицо которого показалось знакомым.

– Простите, что пришлось огреть вас дубинкой, – усмехаясь, промолвил Лотрин. – Но нам показалось, что вы вряд ли согласились бы отправиться с нами добровольно.

– Но вы могли бы по крайней мере сначала спросить меня об этом, – проворчал Уил.

– Да, вы правы, – согласился Лотрин.

– А зачем увезли девушку?

– По их словам, они не хотели оставлять свидетелей, – ответила вместо горца Элспит.

Уил вспомнил о Вдове Илик, которой необходима помощь племянницы.

– Отпустите ее! – потребовал он.

– Теперь уже поздно, – сказал Лотрин. – У нас нет свободной лошади, а идти пешком опасно, да и далеко. Мы не можем допустить, чтобы девушка погибла в горах.

– Думаете, ей будет приятнее умереть в вашей крепости? – спросил Уил.

Лотрин засмеялся.

– Рад, что вы не утратили чувства юмора.

– Вы знакомы? – удивилась Элспит.

– Да, и довольно давно, – признался Лотрин.

– Везет же вам обоим! – сердито сказала Элспит и отвернулась, не желая видеть ухмылку на лице горца.

Уил покопался в памяти, пытаясь хоть что-нибудь вспомнить. Ромен определенно был знаком с Лотрином и не испытывал к нему вражды, но при упоминании о крепости Уил ощутил в глубине души неосознанную боль и страх. Странно. Почему Ромен опасался ехать к горцам? Судя по его рассказам, он был в неплохих отношениях с Кайлехом.

– Никому из вас нет до меня никакого дела, – обиженным тоном сказала Элспит. – Так отпустите меня. Я сама о себе позабочусь. Как-нибудь доберусь назад! Горцы меня не пугают.

– А зря. Они убивают пленников без всякого сожаления, – сказал Лотрин.

Но его слова не произвели на упрямую девушку должного впечатления.

– Вам нужен он, а не я! – воскликнула она, кивнув на Уила. – Мне необходимо вернуться домой, чтобы ухаживать за тетей.

Лотрин грустно покачал головой.

– Мирт подходил к ней, она была при смерти. Сейчас ваша тетушка наверняка уже отошла в лучший из миров.

– Вы лжете! – закричала Элспит.

Лотрин промолчал. Его карие глаза, устремленные на Элспит, были исполнены сочувствия, и это приводило девушку в еще большее негодование. Выплеснув содержимое кружки в огонь, она резко встала и отошла от костра. Ей не хотелось, чтобы Лотрин видел ее слезы. Мирт, как верный пес, двинулся за ней.