– Но ты же не чужеземец, Уил. Ты – гордый сын Моргравии. Чужеземцы получат от меня подробные инструкции, как себя вести и что делать, а после успешного выполнения возложенной на них миссии получат заслуженную награду – кошелек, туго набитый золотом.

Уилу показалось, что при упоминании о миссии чужеземцев глаза Селимуса вспыхнули хищным огнем. «Посольство, состоящее из наемников, – мрачно подумал Уил. – Наши отцы, наверное, перевернутся в гробах».

– И все же, сир, я вынужден заявить, что не смогу обойтись без людей, которым доверяю, и прошу вас пересмотреть ваш замысел.

– Что ты возомнил о себе? – Теперь голос Селимуса зазвучал резче. – Мне нет дела до твоих желаний. Я стремлюсь установить мир между двумя королевствами и ради этого готов жениться на наследнице бриавельского трона. Ты – всего лишь посланник, которому я поручаю вести переговоры.

Уил насупился.

– Я – солдат, а не дипломат, сир. Возможно, я не тот человек, который вам нужен.

Покачав головой, Селимус с укоризной взглянул на Уила. как на упрямого ребенка.

– Как ты не понимаешь? Валор не поверит никому, кроме тебя. Король Бриавеля, конечно, наш враг, но всем известно, что он уважал твоего отца.

– И вашего тоже, сир, – напомнил Уил. – Мне кажется, что если бы вы лично явились к нему, чтобы просить руки его дочери, он бы высоко оценил такой шаг.

Лицо Селимуса исказил гнев. Он больше не мог притворяться.

– Скажи прямо, ты боишься, Уил?

– Нет, сир. Просто я не глуп, – ответил генерал и тут же пожалел о сказанном. Селимус мог догадаться, что он разгадал его замысел. Уил попытался исправить оплошность. – Я не могу доверить свою жизнь чужеземцам, которых совсем не знаю.

– Даже если я пообещал тебе безопасность? – спросил Селимус.

Уил хотел что-то сказать, но сдержался. Он уже понял, что это западня.

– Конечно же, я сначала послал к Валору дипломатов, которые должны подготовить почву для переговоров, – добавил король.

Уил покачал головой, стараясь скрыть свое изумление. Оказывается, Селимус давно вынашивал замысел женитьбы на дочери Валора и начал тайно осуществлять его еще при жизни Магнуса. Доверять этому коварному, холодному и скользкому, как змея, человеку было нельзя.

– Сожалею, но вынужден отказаться от поездки в Бриавель, ваше величество.

– Это твой окончательный ответ?

Уил кивнул. Сердце сжалось от дурных предчувствий. К каким последствиям приведет неповиновение королю? Тем не менее, он был настроен решительно. Уил не желал рисковать своей репутацией, участвуя в сомнительной авантюре с наемниками.

Селимус глубоко вздохнул.

– Так я и думал. Я знал, что мне придется прибегнуть к суровым мерам, чтобы добиться от тебя преданности и повиновения, – с наигранным сожалением промолвил он и, открыв второе окно, окликнул стоявших у двери в ожидании распоряжений слуг; – Подведите его сюда!

Уила подвели к открытому окну, выходившему во внутренний дворик. Увиденное повергло его в ужас. Под окнами королевских покоев был возведен эшафот. На нем, положив голову на плаху, стоял на коленях человек, а рядом возвышался огромного роста палач, в руках которого поблескивал острый топор.

Палач схватил несчастного за волосы и запрокинул назад его голову, чтобы король и Уил могли видеть лицо. Это был Элид. Уилу стало нехорошо. Элид заметил Уила и выкрикнул имя Илены. Палач снова ткнул его лицом в плаху.

– Умоляю вас, мой король! – вскричал Уил. – Остановитесь!

– Слишком поздно, генерал Тирск. Не надо было шутить с огнем!

Селимус подал сигнал, топор взмыл над головой палача и молниеносно опустился, навеки оборвав жизнь Элида Донала. Слезы выступили на глазах Уила. Его лучший друг погиб по прихоти безумца, ставшего королем Моргравии. Сам вид казни был оскорблением для Элида, происходившего из знатной семьи.

– Чудовище! Злодей! – срывающимся голосом крикнул Уил в лицо Селимусу и хотел наброситься на него, но цепи и подоспевшие слуги помешали ему.

На лице Селимуса не дрогнул ни один мускул.

– В его смерти виноват ты, Уил, – заявил он. – Если бы ты беспрекословно выполнял все распоряжения своего короля, то Донал был бы сейчас жив. Разве твой долг не в том, чтобы служить мне? Разве твой отец не служил верой и правдой моему отцу?

– Мой отец выполнял приказы мудрого правителя, а не безумца, – заявил Уил и тут же прикусил язык.

Его слова могли дорого обойтись Илене, о судьбе которой он еще ничего не знал. Нужно было во что бы то ни стало спасти сестру.