Творожный пудинг с шоколадным кремом, повторил про себя Джон. Информация доходила не сразу.

В нем же наверняка уйма калорий. Разве она не сходила с ума от опасения набрать лишнюю унцию веса? По крайней мере так было до вчерашнего дня.

– Очень симпатичная леди, – говорил Тигартен. – Не знаю, чего я ждал, но она совершенно особенная. У вас хороший вкус, святой отец. – Джон стрельнул в его сторону взглядом, и Тигартен невинно усмехнулся:

– Шучу, шучу, не надо мять воротник. Теперь взгляните… вот на это. Четвертая фотография. Видите что-нибудь?

На первый взгляд еще одна фотография подъезда Дебби, снятая под тем же углом, только ночью. Разве что вдоль дороги тянулись белесые полосы тумана и почти все окна в доме были погашены.

– Нет, ничего не вижу.

– Я тоже поначалу ничего не увидел. Но обратите внимание сюда, – показал он на правый край снимка. – Видите?

Да, теперь Джон разглядел смутный силуэт, притулившийся у стены рядом с подъездом. Силуэт был едва различим во мраке. Ничего определенного он не мог сказать.

– Это с пятницы на субботу. Приблизительно в час тридцать ночи. А это – с субботы на воскресенье. Час ночи. – Тигартен показал следующий снимок.

Здесь фигура на фоне тумана была различима гораздо лучше. Она была по-прежнему темной, расплывчатой, но уже с уверенностью можно было говорить, что это фигура человека. Точнее – мужчины, высокого, худощавого. Так по крайней мере решил Джон, судя по очень короткой стрижке. Тем не менее все это еще ни о чем не говорило.

– Совершенно верно, мужчина, – словно прочитав его мысли, проговорил Тигартен, выкладывая следующую фотографию. На ней мужчина в длинном плаще свободного покроя полностью вышел из туманной дымки. Он стоял прямо перед зданием, опустив руки. Его лицо – серое пятно – было направлено вверх.

Джон задохнулся, словно хватанул ледяного ветра. Он понял.

– Да, – кивнул Тигартен. – Полагаю, он смотрит на окна квартиры номер шесть. – И выложил перед Джоном для рассмотрения еще несколько фотографий. На, одной высокий блондин приблизился к ступенькам подъезда.. На следующей – уже взошел на них и был готов войти, в здание.

И затем последняя фотография: мужчина, стоящий на ступеньках, обернулся, и его лицо – все такое же серое пятно – направлено прямо в объектив камеры Тигартена.

– Я прекратил съемку, – пояснил Тигартен, – чтобы поменять объектив. Хотел взять лицо крупным планом. Но как раз после этого снимка он вдруг развернулся и пошел прочь. Он скрылся за углом слишком быстро, чтобы такой толстяк, как я, мог успеть догнать его.

– Полагаете, он вас заметил?

– Меня? Ни за что! Я тихо сидел в своей машине, а на голове у меня красовалась огромная корзина с бельем для прачечной. Просто приближалась другая машина. Видимо, она спугнула его и он дал деру. Уверяю вас, если Хосс устраивает засаду, он устраивает ее как надо!

– Сколько времени этот человек простоял там? – спросил Джон, разглядывая последнее фото. Что-то странно знакомое было в этой фигуре – поза, пальто… но он никак не мог вспомнить, что именно и с чем это связано.

– Не более трех минут. Но три минуты – большой срок. За три минуты можно решить, собираетесь вы, допустим, идти в дом или нет. Этот парень не хотел, чтобы его увидели. Осторожный, гад.

– Хотите сказать, он не искал адрес? Или просто решил прогуляться среди ночи?

– Нет, – уверенно ответил Тигартен. Он собрал фотографии и упрятал их обратно в конверт. – Думаю, адрес он прекрасно знает. И полагаю, он знает, кого ищет.

– Дебби, – вырвалось у Джона. Во рту появился неприятный медный привкус.

– Премия за сообразительность. – Хосс запечатал конверт. – Отец Ланкастер, похоже, вы не единственный, кто ведет слежку за этой… как вы ее назвали? – эротической актрисой.

Джон выпрямил спину и уставился взглядом в распятие Христа.

– Сегодня вечером я возвращаюсь в засаду, – поднялся Тигартен. – Вместе с моим верным «Никоном». Посмотрим, не появится ли наш приятель еще раз.

– А если да?

– Если да, думаю, придется вызывать полицию. Три ночи подряд – это уже пахнет не простым воровством.

– А как… как вы это назовете?

– Охота. – Тигартен с силой хлопнул Джона по плечу. – Оставьте это Хоссу, отец. Как только этот парень войдет в здание, я мигом сяду ему на хвост. И дело в шляпе. – Он двинулся по проходу, но через несколько шагов остановился. – Отец, а где вы приобрели ваш десятискоростной?