Марина жестом попросила освободить кабинет, чтобы остаться с проституткой наедине.

– Да. Вопрос хочу задать. Почему всего пятьсот долларов? Раньше вы, говорят, двадцать тысяч брали.

– Кто говорит? – встрепенулась женщина.

– Ваша фамилия Махорцева?

– Да… Э-э, а ты откуда знаешь?

– Работа у меня такая.

– Какая такая?

– Следователь прокуратуры.

– Какой прокуратуры?

– Краснопольской.

– А что я такого сделала?

– Ничего. Просто подозреваетесь в покушении на убийство.

Махорцева побледнела, трясущейся рукой выдвинула стул из-за приставного стола, села, приняла позу пушкинской старухи у разбитого корыта и обреченно вздохнула:

– Я не хотела.

– Что вы не хотели?

– В Олега стрелять.

– В Фарадеева?

– Да. Вайс заставил… Направил пистолет на меня, стреляй, говорит. Олег в окно выпрыгнул, а я выстрелила…

– Поэтому и сбежали?

– Да. Здесь, в Москве обосновалась… Девочки у меня… Ну, и сама по мелочи…. Думала, затерялась. А оно вон как вышло… Э-э, я не поняла, это что, прокуратура? – запоздало встрепенулась Валерия.

– Нет, это казино.

– Я не поняла, а что, у нас в казино следователи заправляют?

– Бывшие следователи.

– А сейчас ты кто?

– Сейчас я владею этим казино.

– Круто! Слушай, может, договоримся? Я девочек своих приведу, ты процент получать будешь…

– Я так мелко не плаваю, – усмехнулась Марина.

– Ну да, нам так не жить. А если жить, то недолго… Ты что, Фарадею меня сдашь?

– А ты этого боишься?

– А сама как думаешь?

– Нет, я не сдам тебя Фарадею…

– Уф! – облегченно выдохнула Махорцева.

– Но ты можешь сесть в тюрьму. За соучастие в преступлении.

– Да это не так страшно… Хотя, может, договоримся? Ты же не следователь, зачем тебе это все? А я могла бы работать на тебя. Бесплатно. Ну, почти…

– Кто убил Мишина? – хлестко, без предисловий спросила Марина.

– Кого? – вскинулась Валерия.

– Майора Мишина.

– Мента?

– Милиционера.

– Ну да, мента… Вайс что-то рассказывал про мента.

– Кто рассказывал? – похолодела Марина.

– Вайс… Ну, ты должна знать, если про меня знаешь. Он в Олега стрелял…

– Я в курсе.

– Мы с ним любовь крутили.

– Что?!

– Он меня нашел, за Цимбала хотел спросить. Как будто я виновата в том, что Цимбал меня унизил… А он правда меня унизил. Вайс это понял и не стал спрашивать. И еще, я ему понравилась. И он мне понравился. А кому он не нравился! Первый парень на деревне! Живая легенда Краснополя!

– Что он тебе рассказывал?

– Ну, он пришел ко мне, запыхавшийся такой. Я смотрю, кровь у него на рукаве. Что такое, спрашиваю. А он мне – да мента, говорит, убил…

– Когда это было?

– Ну, тогда и было, когда я сбежала. В девяносто шестом…

– Когда именно?

– В июне.

– А точней?

– Так, сейчас… У меня пятого день рождения. А это дня через три было… Ну, где-то так…

– Восьмого июня?

– Да… Воскресенье было. Точно, воскресенье…

Марина до боли закусила губу. Именно в этот день и был убит Миша. И сделал это Вайс. Натура у него такая кровожадная, потому сам лично устраняет своих врагов и конкурентов. Фарадеев – яркий тому пример…

– Куда он к вам пришел?

– Домой.

– Куда домой? Туда, где ты жила с Фарадеевым?

– Да, туда он и приходил…

– И что, Фарадеева не боялся?

– Боялся?! Да он встречи с ним искал. Узнал, что я с ним живу, приходить стал. С пистолетом… С двумя пистолетами… Один железный, другой кожаный… Ох у него и моща, скажу я вам!

– Ты знала, что Вайс хочет убить Фарадея?

Удивление в голосе Марины заставило Махорцеву стушеваться и опустить голову.

– Чего молчишь?

– Не знала, – подавленно буркнула она.

– Я ничего не расскажу Фарадееву.

– Не знала я ничего…

– Знала. И помогала Вайсу. И стреляла ты в Фарадеева намеренно.

– Случайно!

– Да не бойся ты! Фарадеев о нашем разговоре не узнает. Никто не узнает. Все между нами.

– Ну да, так я тебе и поверила!

– Следствие по делу об убийстве майора Мишина возобновлять нет смысла. Если его убил Вайс, то виновник преступления уже наказан…

– Ну да, слышала я, что посадили его… Я, как дура, его на Солянке ждала.