Вайс показал Вислоуху свернутые в жгут стодолларовые купюры. Уже через несколько минут он входил в душный павильон, где торговал всякой электронной всячиной полнолицый тип с пышной кучерявой, давно не мытой шевелюрой. Неопрятный дядька, и воняло от него застоявшейся мочой, но Вайса это не очень смущало. А когда тот стал показывать ему свой товар, скрытый в кладовке павильона, он и вовсе перестал обращать на это внимание. За колючкой и не такую вонь приходилось терпеть, причем без права на спасение. А здесь он может по-быстрому заключить сделку и уйти. Но Вайс решил не торопиться.

Сначала дядя Женя, как звали спеца, продемонстрировал ему прибор, похожий на электрофен с насадкой из маленькой параболической антенны. Он направил прибор на ларек, что стоял напротив метрах в десяти, и Вайс услышал в динамике женские стоны.

– Только не думай, что там трахаются, – сглотнув соплю из носа, с ухмылкой сказал дядя Женя. – Это Эльдар у нас порнуху смотрит… Там у него на стекле метка, я поставил. Без метки нельзя, фокуса не будет… – Он полез в большую картонную коробку, достал оттуда пластиковый пневматический пистолет. – В обойме шарики со специальной краской; стреляешь по стеклу, шарик разбивается, и метка готова. Наводишь на нее звукосниматель, и пользуйся… За все – полторы тысячи долларов…

– А не дорого?

– Дорого. Но ведь я эти штуки не рожаю. Самому покупать приходится… Берешь?

– Беру.

– Радиопрокладки брать будешь?

– Чего?

– «Жучки», спрашиваю, нужны?

– Да, конечно… Мне бы радиомаяк, чтобы машину отслеживать…

– Штука баксов. За пару. Но этого мало. Ноутбук нужен, со специальной программой, чтобы сигнал отслеживать. Есть подержанные, есть новый. Но лучше новый, он мощней, да и не такой тяжелый. Это еще плюс три тысячи долларов…

Домой Вайс возвращался без копейки денег, зато почти полностью укомплектованный для предстоящей работы. Машина у него уже была, осталось только заехать завтра на рынок и забрать у Вислоуха оружие.

Марина с интересом рассматривала зал ресторана. Богатый и оригинальный интерьер, бассейн с живой рыбой в центре зала. Фарадей заказал стерлядь в шампанском, и официант прямо при них сачком ловко выудил из воды рыбину и унес ее на кухню.

– Я смотрю, тебе здесь нравится, – улыбнулся Фарадей.

Что ни говори, а мужчина он интересный. Не писаный красавец, но тестостерон в нем зашкаливает. Волевое лицо, брутальный склад, зубы – чистый фарфор. Модная небритость подчеркивала мужественность внешнего облика. А бархатный баритон с легкой хрипотцой усиливал внутренний шарм.

– Да, своеобразный стиль. Не кричащий, но громкий. Хотелось бы узнать, что у них за кухня.

– Хорошо здесь готовят… Может, мне купить этот ресторан?

– Ты меня спрашиваешь или себя? – усмехнулась она.

– Себя. Но с вызовом тебе. Может, я хочу вызвать тебя на капиталистическое соревнование. У тебя своя ресторанная сеть, и у меня будет своя ресторанная сеть; посмотрим, у кого лучше… Деньги у меня для такого соревнования есть.

– Нисколько не сомневаюсь.

– Денег у меня много. Власть есть. Вопросов нет, я к этому стремился. Вроде все у меня хорошо, а чего-то все равно не хватает.

Фарадей взял паузу и выжидательно посмотрел на Марину. Он хотел, чтобы она спросила, чего именно ему не хватает, но она промолчала. Не хотела подыгрывать ему, потому что боялась. Его боялась и себя тоже…

Не тот он человек, который ей нужен. Но его сильное мужское обаяние мешало ей твердо стоять на этой позиции. Под его ироничным взглядом ее начинало пошатывать.

– Мне уже тридцать пять, а я не женат. И почему? Потому что не могу найти свою половинку. Иной раз смотришь, вроде бы золото, а присмотришься поближе, это всего лишь латунь, неблагородный металл… А в тебе виден благородный металл. Ты – та самая женщина, которая мне нужна, – с легким стеснением, но все-таки напористо сказал он. – Я еще тогда это понял, когда ты приходила меня допрашивать. Только тогда сомневался, а сейчас не сомневаюсь…

– Даже не знаю, чем тебе помочь, – за колкой насмешкой попыталась скрыть приятное смущение Марина.

– Выходи за меня замуж.

– Прямо сегодня? А когда развод? Завтра?

– Развода не будет. Я серьезно. – Он действительно не шутил. Во всяком случае, всем своим видом показывал это.

– Я не готова к такому разговору…

– Но ты не говоришь «нет».

– Скажу.

– Поверь, я уже не тот человек, которого ты знала. Я делал то, что говорил мне Пугач. Не скажу, что делал это против своей воли…