Увидев “помело”, Каргин свалился в ближайшую канаву, сорвал с плеча винтовку, и в этот миг заверещала рация.

– Поймали твою сеньориту, – сообщил майор. – Пирелли расстарался… Помнишь такого? Сицилийца?

– Помню, – откликнулся Каргин. – Жмот. Вечно бозумским потаскухам недоплачивал.

– Не жмот, а экономный парень. Крайне экономный! Теперь вот интересуется, сразу красотку кончать, или можно немного развлечься? Хороший товар, говорит, пропадает… Я велел, чтоб дожидался тебя. Ты ведь придешь, не так ли? Только поторопись – Пирелли уж очень не терпится.

– Ах ты, вошь бельгийская!.. – рыкнул Каргин, добавив пару крепких выражений. Родной армейский лексикон был крут – рация крякнула, захрипела, но выдержала. Как, впрочем, и майор. Он лишь заметил:

– Общайся на нормальном языке, не на своем тарабарском болгарском.

– Я не болгарин.

– А кто? – Кренна явно забавлялся. – Ну, так придешь взглянуть?

– В другой раз, – пообещал Каргин.

– Придешь! Вы, славяне, так сентиментальны… Думаю, ты уже на месте.

Гормана разглядел?

Приподнявшись, Каргин покосился на вертолет, неторопливо круживший над осыпью, и буркнул:

– Что-то в воздухе мельтешит…

– Вот и отлично! Ты тоже имеешь шанс поразвлечься, хоть не с такой приятностью, как Пирелли. Горман вызывает на дуэль. Твоя винтовка против его пулемета… Никаких ракет, никаких “стингеров” и никаких посторонних, ни зрителей, ни секундантов. Только ты и он. Подходит?

– Почему бы и нет? – Каргин сменил обойму, лихорадочно соображая, не уготован ли ему какой-нибудь сюрприз. Конечно, на ровном месте с “помелом” не потягаешься, не та весовая категория, чтоб драться в огородах и пампасах… Среди камней – иное дело. Или, там, оврагов… Главное, чтобы никто со спины не пальнул…

– Если подходит, вылезай и займись делом, – сказал Кренна. – Горман – не Пирелли, парень терпеливый, без сицилийских страстей, да я тороплюсь.

Засиделся, знаешь ли, в этой дыре…

– Сидишь – сиди и не сучи ногами, – посоветовал Каргин.

Сунув рацию за пояс, он пулей вылетел из оврага. До вертолета было метров пятьсот, до ближайшей глыбы – пятнадцать; он метнулся к ней, вскинул винтовку, заглянул в прицел и разочарованно вздохнул. Нос машины был чуть-чуть приподнят – ровно настолько, чтобы пилота не разглядеть. Так что выбор представлялся скромный: хочешь – бей в бронированное брюхо, хочешь – в колпак кабины над головой противника. Стрелять по вращавшимся лопастям смысла не имело – при пулевом попадании в них “Гриф” живучести не терял. Вот если б пальнуть из “стингера”…

"Был бы стингер, не было б дуэли”, – подумал Каргин, прицелился и выстрелил в колпак. Это являлось всего лишь вызовом, а еще – проверкой: с такой дистанции прищучить его из пушки. Горман никак не мог, а вот ракетами – за милую душу. Ракете без разницы, где камень, где человек…

Он побежал, петляя меж кустов и рваных базальтовых глыб, стараясь не свалиться в яму и не высовываться зря. Кроме “вертушки”, имелся еще и десант – те молодцы, что рыскали сейчас в пещере. О них забывать не стоило, как и об “эмфилде”, который разглядел покойный Том. “Эмфилд” – оружие снайперов; значит, Кренна и снайпера прихватил. Так, на всякий случай… Снайпер был сейчас опаснее дюжины баши-бузуков с автоматами.

"Вертушка” покачнулась с боку на бок – видимо, в знак того, что вызов принят – и резко пошла вверх. Забившись в щель между двумя обломками, Каргин следил за вертолетом, время от времени оборачиваясь и поглядывая в сторону пещеры. Смысл маневров Гормана был ему, в принципе, ясен: сейчас развернется над лесом, приподнимет хвост и зайдет от солнца. Вполне логичное решение – против солнца с меткостью не постреляешь… И деваться некуда! Никаких вариантов! На шахматной доске, разложенной среди утесов Хаоса, Горман являлся ферзем, а он – всего лишь пешкой.

Каргин выбрался из щели, сменил позицию, встав за каменной плитой, торчавшей наискосок рядом с огромным кактусом и доходившей ему до плеч. Хорошее укрытие, надежное. Во-первых, есть опора для ствола снайперская винтовка – слишком тяжелый агрегат, чтоб целиться с руки. А во-вторых, имелся тут еще один оборонительный рубеж, плита повыше и помассивней, располагавшаяся за спиной. Тоже отличный камешек, из САУ [8] не прошибешь! Это вселяло в Каргина уверенность; крепкий тыл – залог успеха.

Пока Горман разворачивался и ложился на боевой курс, он уговаривал себя не торопиться. Мало ли что там майор болтал про Пирелли и сеньориту… Штопано белыми нитками; выманить хочет, вот и плетет с три короба. Выманить, выпустить кишки по-быстрому и поскорей убраться с Иннисфри. “Сейлфиш”, небось, заждался… А может, уже и не ждет…

"В такой ситуации, – думал Каргин, – самое верное дело – смыться в джунгли и отсидеться. Кратер, конечно, невелик, да лес густой, хрен достанешь… Во всяком случае, день-другой побегать мог бы, а столько майору здесь не высидеть. Спас бы скальп, а он, как ни крути, один-единственный… Кого еще спасать и защищать? Босса не по моей вине пришили, а с Мэри-Энн контрактов я не заключал. Тем более, с Арадой…”