Поначалу дорога взбиралась на холмы, минуя крошечные белые деревушки, сгрудившиеся вокруг церквей с квадратными башнями. Но с каждой милей их становилось все меньше и меньше. Попутчиками на дороге были лишь запыленные грузовики да шумные мопеды, проносящиеся мимо, как мохнатые шмели, и изредка шикарные легковые машины. Оказывается, не исчез еще с лица земли древнейший вид транспорта — ишаки, навьюченные плетеными корзинами. А на самом неудобном повороте дороги им пришлось пробиваться сквозь стадо коз, погоняемых мальчишкой лет двенадцати.

Машина наконец достигла верхней кромки холмов, и сердце Келли замерло от восторга. Вид, открывшийся ее взору, был поистине великолепен. В небольших долинах, затерявшихся среди холмов, прятались заросли боярышника и аккуратные ухоженные виноградники.

На землю уже спустились голубоватые сумерки, когда Марко и Келли подъехали к маленькой рыбацкой деревне. С ее узеньких улочек постепенно исчезала волна туристов. Марко пришлось даже притормозить, чтобы пропустить их.

— Молодцы, ребята. Идите-ка домой, — бормотал он, улыбаясь загорелым запыленным лицам.

— Ты не очень-то любишь туристов, — сухо заметила Келли. — А ведь твой отец делает на них деньги.

Марко в ответ рассмеялся.

— Хочешь сказать, что я лицемер? Ну что ж, в какой-то степени ты права.

Может быть, стоило настоять на возвращении домой сразу же после посещения второго виноградника? Уже почти ночь, а они так далеко от виллы Карлоса. Она бы ни за что в жизни не согласилась на эту экскурсию, если бы знала, как это далеко… Или все-таки согласилась бы?

Деревушка постепенно перешла в ряд открытых таверн у самого пляжа. Марко притормозил на стоянке возле одной из них и несколько раз нажал на клаксон. Молоденький официант в белоснежной рубашке, принимавший заказ у посетителей, поднял голову. На его лице отразилось изумление и одновременно настоящий восторг. Забыв о клиентах, он подбежал к Марко. Крепко обняв его, он заговорил по-гречески.

Марко, похоже, не меньше обрадовался. Из кухни, расположенной позади ресторанчика, показалось несколько любопытных лиц. И как только Марко был узнан, раздались восторженные возгласы. В считанные секунды все семейство — от малых детей до бабушек и прабабушек — сбежалось к машине.

Келли скромно стояла в сторонке, пока Марко наконец не вырвался из объятий родственников и не вспомнил о ней.

— Это наша медсестра, мисс Гловер. — На сей раз он представил девушку официально. — Она приехала из Англии ухаживать за папой, пока он болен. Но сегодня у нее выходной, и я показываю ей достопримечательности острова.

Юный официант галантно раскланялся.

— Добро пожаловать на Родос, — улыбнулся он. — Надеюсь, вам здесь нравится.

— Очень, — тепло отозвалась Келли. — Остров очень красив.

— Вы заполучили лучшего гида в лице моего дорогого кузена, — заметил молодой человек насмешливо-торжественно. — Он нечасто удостаивает нас своим визитом. Заходите, пожалуйста. Поужинаете?

— Разумеется, — заявил Марко. — Мы за этим и приехали.

— Замечательно!

Похоже, об остальных посетителях совсем позабыли. Три или четыре столика вмиг были сдвинуты вместе. Взлетела скатерть, и на ней тут же оказались тарелки, бокалы, корзинки с только что испеченным ароматным хлебом. Келли усадили рядом с Марко, вся семья собралась за столом, и вино полилось рекой. Налили даже самому маленькому, разбавив минеральной водой.

Ошеломленная шумной радостью застолья, Келли застенчиво улыбалась. Прохожие заглядывали в ресторанчик, чтобы посмотреть, что происходит. У стола ставились новые стулья, и с кухни появлялась тарелка за тарелкой.

Келли с опаской оглядела стол: огромные блюда салата с помидорами и баклажанами, приправленными чесноком, маринованные каперсы, жареные сосиски и ветчина с сыром, масса разнообразных соусов. Когда Келли уже казалось, что стол вот-вот рухнет под тяжестью яств, появились три блюда с шипящими говяжьими и бараньими отбивными.

Гостье ничего не оставалось, как приступить к трапезе. Постепенно захваченная гастрономическим азартом, она перепробовала все, что было на столе, возвращаясь вновь и вновь к понравившимся блюдам.

Солнце садилось за горизонт, заливая неподвижную водную гладь медно-желтым пламенем, в котором словно растворялся послеполуденный зной. Небо потемнело — синий кобальт сменился черным бархатом, усыпанным драгоценными камнями мерцающих звезд. В ресторанчике появились музыканты, и зазвучали народные мелодии. Им тихонько вторил шепот моря.